Это по истине феерическое завершение длилось дольше предыдущих, но меня держали сильные, самые надёжные руки любимого супруга, пока под кожей ещё прокатывались отголоски жгучего блаженства. Я буквально растворилась в этих секундах без остатка, впитывая их, как нечто волшебное. Вся выплеснутая в порыве страсти энергия жаркими потоками стекалась по незримым каналам и концентрировалась где-то внизу живота, неотвратимо возвращая меня обратно в реальность.
— Твои ощущения такие красивые, — прошептала я чуть слышно, когда наваждение и туман в голове развеялись настолько, чтобы можно было уже сложить рассеянные мысли во что-то связное.
— Нелли? — только сейчас я поняла, что теперь лежала на нашем ложе, а Сюэ Ян с плохо скрываемым беспокойством гладил меня по голове, убирая со лба мешающие прядки волос, и когда он понял, что со мной всё действительно в полном порядке, то буквально сгрёб в охапку вместе с простынёй, которая так некстати прилипла к разгорячённой мокрой коже.
— Что случилось? — растерянно поинтересовалась я, безуспешно попытавшись вспомнить что-нибудь действительно плохое, что могло бы его так напугать, но в голове было кристально чисто, лишь тело продолжало подрагивать от удовольствия, даруя заслуженные лёгкость и умиротворение.
— Кажется, я снова перестарался, — буркнул Ян, шумно выдыхая мне в шею. — Нужно было догадаться, что твоих сил ещё недостаточно для столь бурных весенних игрищ.
— Мы, — поправила я его.
— Что?
— Не ты один участвовал в этом деле, муж мой, но только с тобой я могу испытывать подобное райское наслаждение. А теперь, может, отдохнём немного, пока есть такая возможность? Я очень хочу просто полежать рядом, в твоих руках. Прошу, не отпускай меня.
— Цветочек…
Так мы и замерли, прильнув друг к другу, но меня и не думали выпускать из импровизированного кокона, А-Ян лишь умостился поудобнее, уткнулся лбом мне в предплечье и заметно расслабился. Я же совсем не была против проявления собственничества с его стороны, наоборот, хотелось остановить время, чтобы эти мгновения никогда не кончались.
Жаль, что это невозможно в реальности, рано или поздно придётся выбираться из нашей маленькой вселенной и продолжать бороться за место под солнцем, за новую жизнь вместе, без предписанного А-Яну незавидного конца. В этот момент я была полна решимости продолжать свою миссию спасения любимого от неминуемой, казалось бы, смерти, которая угрожающей гильотиной всё ещё нависала над ним, не позволяя мне забыться даже в такое счастливое время, словно меня основательно так зарядили на подвиги.
Как бы мне ни хотелось отрешиться от всего на свете, но непрошенные мысли так и лезли в голову, словно назойливые мухи. И самая громкая из них — страх А-Яна. Нужно что-то делать со страхом потери, который постоянно преследовал его. Это чувство загнанности в угол всё чаще запускало свои холодные щупальца в его искалеченную душу. Я точно знала: липкий страх и неуверенность поселились в нём после смерти Сяо Синчэня. До этого Сюэ Ян был более чем уверен в себе, не знал поражений, точнее, никогда не испытывал привязанности к кому-либо настолько, чтобы бояться потерять. Он был неуязвим в своём одиночестве, а потом в его жизни появилось некое подобие семьи, к которой он всегда подсознательно стремился. Однако приход Сун Ланя нарушил тот шаткий баланс, что установился в жизни троих из города И, всё столь трепетно возводимое равновесие рухнуло в одночасье.
Если учитывать, что Сюэ Ян никогда и до этого не отличался эмоциональной стабильностью, то его поступки после вторжения второго даочжана можно было легко понять. Одна ошибка потянула следом другую, события понеслись, как складывающиеся одна за другой костяшки домино — злой рок, не иначе, а может, карма сказала своё веское слово, но всё было предрешено. Привычный мир уверенного в себе одиночки превратился в руины, а неудачи и сомнения стали его спутниками.
Моё появление здесь лишь отсрочило неизбежное. Я всё ещё надеялась, что вместе у нас получится как-нибудь выкрутиться, а для этого нужно вскрыть нарыв и вычистить рану, как бы ни хотелось просто оставить всё, как есть.
Неровный вздох от лежавшего рядом Сюэ Яна, дал понять, что и ему не до сна.
— Что тебя тревожит? — мягким шёпотом поинтересовалась я у почему-то сразу же напрягшегося Яна. Он завозился, тяжело сглотнул, но отвечать не торопился. Я с замиранием сердца ждала ответа. Кажется, ночь страсти плавно перетекала в ночь признаний и откровенных разговоров.