— Моя! Ты только моя!..
Я почувствовала тяжесть на укрытых шёлковым, покрывалом бёдрах — голову, что ли, положил? Потом снова знакомый холодок в районе раны... Проверяет?.. Ну? Убедился? Господи! Дай мне сил дождаться момента пробуждения! Зная, что это Сюэ Ян сейчас на мне разлёгся, тело реагирует однозначным возбуждением на его ласковые прикосновения, мурашки бегут по коже — просто не описать словами! Бабочки в животе? Мягко сказано! Это что-то намного круче!
Тем временем покрывало сдвинулось, а то, что на мне было надето, поползло вверх. И что этот бесстыдник задумал? Хочет осмотреть рану, надеюсь?
— Всё и правда зажило отлично. А шрам от Цзян Цзая как моя личная метка!.. Ты прекрасна! И принадлежишь теперь только мне! — прикосновения его пальцев к поврежденной коже сменились чем то более мягким — губами?
— Ты такая тёплая и мягенькая! Дай-ка я ещё кое-что попробую... — что-то горячее и влажное прикоснулось к коже живота, очерчивая невидимые мне границы, отчего мышцы дёрнулись в спазме, а в голову ударил жар, мгновенно распространившись по всему телу.
— Мммм... Сладость моя! — шумный вдох. — Решено. Подожди, я скоро вернусь! — быстро поправив на мне все тряпки, он шустро выскочил за дверь.
И что это было? У меня сейчас такой спектр эмоций, закачаешься! Тело, долго пребывавшее в принудительной отключке, фонтанирует всеми цветами радуги лишь от пары прикосновений этого паразита! Что же он со мной делает?! Дурманит не хуже крепчайшего алкоголя! Сюэ Ян в переводе вроде как «Океан полыни», а что у нас такое интересное из полыни делают? Правильно, абсент! Так вот, он как этот напиток — одного глотка хватило, чтобы мозг впал в «состояние не стояния»! А что же будет, когда А-Ян наконец-то дорвётся до желаемого? Не иначе как взрыв похлеще сверхновой! И не только у него... Ой... Что-то мне страшновато стало... Я и подзабыла уже, каким образом обычно проходят наши совместные посиделки наедине!
Часть 31
Недовольные голоса послышались из-за двери, и один из них точно принадлежал Сюэ Яну.
— Молодой господин! — громогласно пробасил кто-то мне незнакомый, вошедший вместе с Яном в комнату. — Ваша невоспитанность и наглость переходят все мыслимые границы! Вы же совсем недавно грозились карой небесной, а теперь тащите меня назад? Что же послужило столь быстрой смене вашего настроения, господин Сюэ Ян?
— Да что ты заладил, старик! Ну передумал я, передумал, с кем не бывает! Давай быстрее, снимай уже своё заклинание! — в нетерпении чуть ли не пропел Ян-Ян.
— Во-первых, молодой человек, вы ведёте себя абсолютно неподобающим образом, во-вторых, ставил его не я один. Мои помощники час назад отбыли по поручениям клана, а без них снять заклинание никак не получится, так что придётся подождать до завтра, — спокойно, с лёгкой ленцой, пробасил мужчина в ответ.
Да он в танке! Совершенно не боится и не поддаётся на уговоры! А я уже было понадеялась...
— Тогда найди других! Вон у тебя талантливый молодняк на услужении! Чем не помощники? — не унывал А-Ян.
— Господин Сюэ, вы меня не так поняли. Снять такое долговременное и сложное заклинание способны только те, кто его ставил, иначе можно навредить пациенту, так что всё же придётся подождать до завтра. Это послужит Вам уроком, молодой человек, нужно слушать старших! Я предлагал снять его утром, а теперь нет возможности. Наберитесь терпения.
Грохот разбиваемой мебели после спокойного басовитого голоса напугал меня до чёртиков! Пульс ускорился моментально.
— Шутить со мной вздумал? Да я тебя на лоскуты сейчас пущу! Хочешь? — слишком холодно и страшно прозвучал голос Сюэ Яна.
— Если Вы это сделаете, кто тогда снимет с молодой госпожи заклинание, не причинив непоправимого вреда её организму? — всё такой же невозмутимый голос главного лекаря, откровенно говоря, удивил, а вот следующий звук был вполне ожидаем: яростный, озлобленный рык, замешанный на безвыходности.
— Старый хрен! — звон разбитого стекла отозвался эхом, перемежаясь с отборной руганью — хоть записывай эти пируэты!
— Я бы попросил вас, господин Сюэ Ченмэй, не выражаться в присутствии молодой госпожи. Она же всё прекрасно слышит!