— Господин Сюэ передал, что в скором времени навестит Вас, госпожа, — наполняя пиалу каким-то ароматным настоем, отчитался Лань Сычжуй.
— Ага, передал он! Скорее пригрозил, чтобы мы пошевеливались, иначе нам несдобровать, если, вернувшись в Ваши покои, он застанет нас здесь. Какое вопиющее бесстыдство! Ведёт себя, словно уже является Вашим супругом! — разразился негодованием Лань Цзинъи. Похоже, обида на несносного А-Яна и его язык без костей глубоко засела у юного адепта Гусу Лань в мозгу. Бедный ребёнок никак не может понять, что Сюэ Ян по-другому попросту не умеет выражать свои мысли! Ничего, если дело примет серьёзный оборот, я сама побеседую с мальчишкой, а пока у меня совсем нет сил спорить.
— Значит, он скоро придёт… Это хорошо, я успела соскучиться, пока он лежал без движения, — голос мой прозвучал совсем уж меланхолично и будто бы издалека. Странное состояние! Что бы это могло быть?.. Мысли заторможенные, словно в киселе плавают.
— Мы принесли завтрак, Вы ведь утром так толком и не поели, — неловко обронил Лань Сычжуй, привлекая моё внимание.
Без какого-либо интереса я проводила взглядом девушку-служанку, расставляющую посуду с незнакомыми блюдами, которые, как мне помнится, ещё ни разу не повторялись. На десерт чай и сладости — какие-то конфетки в пудре и засахаренные ягоды, оставлю Ян-Яну, вот кто точно их оценит по достоинству, сладкоежка щекастый! Стоило вспомнить о нём, и сразу как-то легче стало, сердце наполнилось предвкушением долгожданной встречи.
— Кхм… Ну, мы пойдём! Отдыхайте, госпожа, эта неделя выдалась для вас тяжёлой, — поклонился Лань Сычжуй. Наверное, вид у меня был совсем уж неважным из-за хронической усталости, раз его взгляд выражал столько сочувствия.
— Да, пора уходить, в любой момент здесь объявится этот…
— Цзинъи! — тут же одёрнул его Лань Сычжуй.
— Простите, молодая госпожа, мы уже уходим, — стушевался Лань Цзинъи, спешно покидая помещение вместе со своим товарищем, и служанка, выходившая из комнаты последней, тихонько прикрыла дверь, оставляя меня одну.
Не прошло и половины минуты, как в отдалении послышались голоса, и один из них принадлежал А-Яну. Сердце сразу же пустилось вскачь, дыхание участилось. Вскочив с постели, я пулей метнулась к зеркалу, наспех провела расчёской по волосам и кое-как поправила своё смятое одеяние.
— Уже прихорашиваешься, Цветочек? Выспалась? — раздалось за спиной.
Я резко развернулась и затаила дыхание, с восхищением рассматривая подпиравшего косяк двери Сюэ Яна. До чего же он прекрасен сейчас: глаза блестят, с подозрительным прищуром рассматривая мой неподобающий вид, губы растянуты в кривоватой, чисто яновской улыбке… Как же я скучала по этому выражению его лица!
Часть 93
Захлопнув дверь и наложив пару заклинаний, он вальяжной походкой подошёл ко мне вплотную. Моё тело мгновенно отреагировало на близость любимого будоражащей дрожью. Мы одни, дверь заперта… Размышления резко прервались, когда костяшки его пальцев коснулись моей скулы, погладили щёку, подбородок, большой палец провёл по губам, и я разомкнула их, выдыхая.
— Посмотри на меня, — с приятной хрипотцой в голосе попросил Ян.
Конечно, я не смогла отказать, и мы столкнулись взглядами… А потом был такой долгожданный страстный поцелуй… Проворные руки уже вовсю развязывали пояс жёлтого ханьфу, нетерпеливо высвобождая тело из одежд. И тут меня охватил иррациональный страх, пока сдерживаемый, без внешних проявлений, но морально угнетающий. Почему вдруг такая реакция? Я же так давно этого хотела!
Сюэ Ян, разобравшись, наконец, с моим бельём, отступил на пару шагов, любуясь картиной, представшей перед его нескромным взором. Чувство неловкости затопило меня по самую макушку: на дворе белый день, солнышко ярко освещает комнату, и меня можно рассмотреть во всей красе.
Тут же захотелось чем-нибудь поскорее прикрыться, но я всё-таки сдержала эти бессмысленные порывы. Мысли в голове прояснились, больше не было того тумана, что превратил меня в сомнамбулу за предыдущие дни, мир резко сузился до момента «здесь и сейчас»: нет никаких ограничений, никто и ничто не может нам помешать, и от этого по позвоночнику пробежал нервный холодок.
Пока я в смятении глядела на кучку ткани у своих ног, не смея поднять глаза от смущения, А-Ян успел полностью обнажиться, и его босые ступни появились в поле моего зрения. Горячие сильные руки обхватили за талию, притягивая к себе, и я вздрогнула, но совсем не от страха, а от того, насколько приятным оказалось прикосновение кожи к коже. Мужское явное возбуждение требовательно упёрлось в мой живот, мазнув влажной горячей головкой и оставив след чуть выше пупка. Более не мешкая, Ян двинулся в сторону постели, не разжимая рук и, опустившись на край, потянул меня за собой, а затем мягко, словно боясь спугнуть, уложил себе на грудь.