— Интересный набор чувств, — проговорил он.
Кажется, он улыбался. Я всё-таки подняла голову. Он действительно чуть заметно улыбался.
— Столько всего, мне даже сложно всё четко идентифицировать. Тебе самой не тяжело переживать столько разных эмоций и ощущений одномоментно?
В его голосе не было ни тени насмешки или язвительности, лишь один научный интерес. Точно так же он и смотрел на меня — как на объект научного исследования.
— Я тебе говорила, в отличие от тебя, мы не всегда можем контролировать свои эмоции.
Дино помолчал несколько секунд, затем произнёс:
— Я тебя чем-то разозлил.
Это был не вопрос, а констатация. Я почувствовала себя виноватой.
— О чём вы говорили с Марией? — Я сменила тему.
— Говорила в основном она. Глупости. Любопытно, что она и сама понимала, что несёт чушь, и из-за этого переживала, но если это вызывает у неё переживания, зачем она это делает?
Какой же он все-таки глупый этот умный абсолем! Дино вдруг забрал скриннинг и положил его на стол:
— Ты всё ещё напряжена. В этом нет пользы твоему организму. Хочешь, я помогу тебе расслабиться?
Из любых других уст это покоробило бы меня. Даже сейчас, когда я пишу эти слова в своём дневнике, они выглядят двусмысленно. Но произнесённое Дино было совершенно целомудренно. Он не вкладывал в эти слова ничего, кроме их прямого значения.
— Помоги.
Зачем я это сказала? Дино усадил меня на стул и начал массировать шею и плечи. Он делал это с глубоким знанием дела — в анатомии человека он теперь разбирался лучше меня. Затем он перешёл на виски и затылок. Как же было хорошо. Кажется, я чуть не уснула. В чувство меня привели голоса. Не знаю, давно ли они переговаривались или это было первое, что Дмитрий ему сказал:
— Не стоит этого делать. Одно неверное движение, и ты навредишь ей.
— Этого не произойдет, — ответил Дино.
— Человеческий скелет очень хрупкий по сравнению с твоим.
Я открыла глаза и выпрямилась.
— Привет! — Я махнула Дмитрию.
Дино убрал руки, и я встала. Абсолем молча стоял у меня за спиной.
— Я пришел за последними тестами, — сказал Дмитрий.
Я взяла скриннинг со стола:
— Я уже просмотрела, правда, поверхностно.
— Хорошо. Я буду у себя в кабинете, подходи.
И Дмитрий покинул нас. Я обернулась, хотела поблагодарить Дино за массаж. Он смотрел поверх моей головы — очевидно, на дверь.
— Это очень странное чувство. Я ещё не знаю его названия, но оно, безусловно, из категории дискомфортных.
— Ты сейчас про Дмитрия?
— Да. Ему тоже нужно учиться подавлять ненужное. То, что он сейчас испытывает, несёт большой вред. Тебе нужно помочь ему справиться с этим. Вам, людям, всегда стоит помогать друг другу, вы не в состоянии справиться поодиночке.
Хотела бы я уметь также читать и чувствовать людей. Дино просто ходячий скриннинг.
В кабинете Дмитрий не стал ходить вокруг да около:
— Ты слишком привязалась к абсолему, это плохо. Пойми, тебе же будет хуже, когда проект себя исчерпает и будет закрыт.
Я растерянно смотрела на него.
— А что будет потом? — наконец спросила я Дмитрия. — Что будет с Дино, когда проект закроют?
Дмитрий не ответил, он начал сосредоточенно рыться в своих бумагах. Я подошла к столу и перехватила его руку, перебирающую пачку документов. Я не отводила от него взгляда. Он выпрямился. Молчать и дальше он не мог, я слишком напирала, и он уклончиво ответил: