— Я рассказал вам много, даже больше чем нужно, — проговорил Иероним Борджи.
— Вы хотите, чтобы я молчал? Я буду молчать, — сказал Макс.
Впервые за весь разговор Борджи позволил себе сдержанную усмешку.
— В этом я не сомневаюсь, — сказал он, — мне необходим образец крови демона, счастливым обладателем которого вы являетесь.
Макс покачал головой:
— При всем уважении я считаю, что образец лучше оставить там, где он находится сейчас. Он у моего знакомого доктора, который в ближайшее время проведёт исследования. Никто, кроме меня и него, не знает, кому принадлежит эта кровь.
Макс ожидал, что Борджи разозлится, перейдёт к угрозам, но тот отреагировал совершенно спокойно:
— Вы так считаете?
— Несмотря на ваше могущество, вы потеряли всё, что только можно. У меня нет и сотой доли ваших возможностей, но я сумею сохранить этот образец.
Борджи внимательно смотрел на Макса, не торопясь задать своей следующий вопрос. Но в том, что он последует, Макс не сомневался.
— Скажите мне, Штайн, вы ведь не всегда были преподавателем?
— Не всегда, — коротко ответил Макс.
— И то, чем вы сейчас занимаетесь, далеко от вашего истинного призвания?
— Возможно.
— Интересно было бы посмотреть на результаты вашего теста на призвание, — задумчиво проговорил Иероним Борджи.
— Боюсь, вы будете разочарованы тем, что увидите, — проговорил Макс, не отводя взгляда от лица собеседника.
— Возможно, — задумчиво проговорил тот.
Макс понял, что на этом разговор окончен. Иероним Борджи встал, на сей раз Макс поднялся вслед за ним.
— У вас есть сутки, чтобы определить, действительно ли образец крови принадлежит демону. Если подозрения подтвердятся, я пришлю группу, которая изымет у вас образец и законсервирует его до того момента, пока мы не подберём новую группу специалистов.
Макс понимал, что согласиться Борджи вынудила ситуация с разрушенной лабораторией Лиги. Будь лаборатория цела, образец крови не задержался бы у него ни на секунду.
Они не стали пожимать друг другу руки. Борджи чуть заметно кивнул Максу и вышел через запасной выход. Макс остался сидеть в кабинете ректора, задумчиво глядя перед собой. В таком положении его и обнаружил Паулюс, набравшийся смелости войти только спустя двадцать минут после ухода Борджи.
— Ушёл? — на всякий случай уточнил ректор, окинув взглядом кабинет.
Макс кивнул. Паулюс обошёл свой стол и сел напротив. Он не стал накидываться на Макса с расспросами, а начал нервно и суетливо перекладывать какие-то бумаги. Макс наблюдал за ним, размышляя о том, что узнал от Борджи.
— А чай где? — с усмешкой вспомнил он.
Паулюс смерил его строгим взглядом и, включив стационарный манипулятор, произнёс:
— Анна, принеси нам кофе и зелёный чай.
Через пару минут секретарь вошла с подносом. Она молча поставила на стол чашки, кофейник и сахарницу. Макс дождался, пока она выйдет, и пододвинул к себе чашку. Паулюс посмотрел на часы:
— У тебя там уже следующая группа сидит.
— Они найдут себе занятие, — успокоил Макс.
Ректор кивнул. Несмотря на всё желание казаться собранным и сосредоточенным, он выглядел потерянным — движения были невпопад, взгляд не мог уцепиться за что-то одно, блуждал с предмета на предмет. Давно Макс не видел старика в таком состоянии.
— Не знаю, сказал ли вам Борджи, но вещество потеряли не только мы. Из двух других мест оно также была выкрадено, — произнес Макс.
Паулюс отвлекся от своих бумаг и недоверчиво посмотрел на преподавателя. Взгляд ректора обрел какую-то осмысленность.
— Правда?
— Более того, Борджи отдает себе отчет в том, что это целиком вина Лиги. Они должны были обеспечить соответствующую охрану.
Здесь уже Макс лукавил — да, Борджи понимал, что его вина здесь есть, но и с колледжа он не снимал ответственности, по крайней мере, такое впечатление сложилось у Макса. Но зачем было вываливать это на старика, который и так был измучен последними происшествиями?
— Мне пора, — сказал Макс, вставая.