— Сюда, — прошептал незнакомец.
Я, слепо выставив руку, углубился в помещение. Интересно, в системе есть артефакты, дающие возможность видеть в темноте? По идее, на фоне телепортации, регенерации и воссоздания огня в этом нет ничего необычного. С учетом того, что вскоре вся планета лишится электричества, а включать фонари или разжигать костры будет крайне глупым поступком, такие предметы в ночное время суток окажутся незаменимы.
Вспомнив про функционал интерфейса, я сконцентрировался на карте. Сознание снова раздвоилось. Одна часть меня оставалась в теле, другая же воспарила к потолку. Теперь тьма не сильно-то и мешала: я мог рассмотреть всё, что находилось в метре от меня, хотя непривычный угол обзора до сих пор сбивал с толку.
Приоткрылась дверь. Показалась тонкая полоска едва уловимого света. Я просочился через проем и вышел в подъезд. Меня тут же обдало шлейфом испражнений и вонью уничтоженных исчадий бездны. Когда я оказался в огороженном со всех сторон помещении, карта перестала показывать улицу.
— Всем молчать! — прорычал мужик. — Они близко. Сколько у тебя патронов? — прошептал он. Фраза адресовывалась мне.
— Семь магазинов, — ответил я, смотря на группу ребятишек, чьи лица едва различались в сиянии поблескивающего гаджета. На экране показывался мультфильм, отвлекающий мальчишек и девчонок младшего школьного возраста от творящегося снаружи кошмара. Никаких звуков планшет не издавал.
Достал телефон и убедился, что все сигналы на нем отключены. Не удивлюсь, если по закону подлости через полминуты кто-то позвонит, а динамик окажется столь громким, что привлечет внимание тварей.
— Двести десять, — дополнил я, проходя вперед и с ужасом взирая на открывшуюся картину.
Довольно узкий разветвленный коридор, в котором отсутствовали окна, был набит испуганными людьми. Мужчины и женщины, старики и дети — все, закутавшись в одеяла, сидели и, будто смирившись, ждали незавидной участи. Подобное я уже видел в студенчестве: нам показывали кадры военной кинохроники, когда мирные жители прятались от авианалёта. Разница была в том, что здание никак не походило на бункер, да и наш враг не бомбы с ракетами, а нечто более непонятное, но не менее смертоносное.
Следуя за своим случайным помощником, я дошел до лестницы — на ней собралась ещё большая толпа. Жители многоквартирного дома кучковались, стараясь найти защиту друг в друге. И возникало чувство, что никто и не подумал выставлять наблюдение за округой.
Несколько вещей особенно бросались в глаза. Во-первых, пролёты, ведущие на верхние этажи, отсутствовали. Они не обвалились, а попросту исчезли, образовав внушительную яму. Жителям придётся очень сильно потрудиться, чтобы своими силами спуститься оттуда. И по очевидным причинам спасатели не придут им на выручку. Во-вторых, на площадке валялось несколько туш поверженных исчадий бездны, распространяющих удушливый смрад, и никто убирать их не собирался. На одной из стен покоилась зеленая субстанция: создавалась иллюзия, что монстра, отобразившегося у меня как кислотник, кто-то с неимоверной силой отбросил, тем самым размозжив его о твердую поверхность. И в-третьих, здесь, зависнув в воздухе, пульсировало четыре артефакта фиксации.
— Что там? — спросила девушка, обозначившаяся в моем интерфейсе как неизвестная восьмого уровня. — Нас заметили?
— Да. Около тридцати мобов, — проговорил мужик. — Бегут сюда. Всем тихо! — он подхватил автомат, который совершенно не отличался от моего калашникова.
Девушка, подавая сигнал, дважды щелкнула пальцами, после чего по подъезду пронеслась волна шепотков, а затем повисла давящая тишина, лишь откуда-то сверху доносился приглушенный детский плач.
— Снежный Барс? — она округлила глаза. Затем, словно на мгновение зависнув, покачала головой, взяла небольшой арбалет, натянула тетиву и вложила измазанный жижей болт.
— Тихо! — мужик жестами указал на мою разгрузку. — Быстрее!
Я понятливо кивнул. Начал спешно, но осторожно, чтобы не создавать шума, откреплять липучки и доставать запасные магазины. Видимо, мотивы моего спасения не были альтруистическими — незнакомцу требовались патроны. Ко всему прочему, он различил моё новое имя, что автоматически переводило меня в разряд полезных членов общества.