И что-то мне подсказывает, что это банальное приучивание к дисциплине, порядку, караульной службе и так далее. Зачем учить этому богов, я уже уяснил: после возвышения почти все считают себя пупами своих миров, и, само собой, гордыня и заносчивость мешают принять суровую реальность. А если её не принять — там, за границей Города Начала, они очень-очень быстро умрут. Вот и выколачивают эти зловредные качества из большинства новичков. А потом, уже перевоспитанные, они отправляются дальше по своему пути силы. В более опасные области, в смертельно опасные зоны.
Последний тип камней — это просто какой-то местный минерал, которым ремонтируют повреждённые участки. Что-то вроде пломбы в зубах. Залили раствором, шлифанули — и вуаля! — готово.
Изучение камней закончилось, когда дверь всё-таки открылась. Наружу вышли тот самый стражник, которого я, скажем так, подкупил своими чаевыми, и новое действующее лицо. Закованная в идеально подогнанные и обтягивающие кожаные доспехи аргонианка.
— Лид? Какой клан? — с ходу задала она вопрос.
— Не состою.
— Хм… У тебя пять минут, чтобы донести суть послания. Не заинтересуешь — вышвырнем и забудем.
Я кинул ещё одну монетку с огромной суммой и заметил, как оба бойца тут же вручили ноды этой воинственной деве в подчёркивающих достоинства доспехах. Да, мужиков ящеролюдов можно понять. Будь я сам рептилией, тоже глаз бы не оторвал. Да тут даже человеческий взгляд невольно задерживается на этих самых «подчёркнутых достоинствах». В любом случае, если бы не стоявшая передо мной задача, столь пристального внимания я их внешнему виду не уделял бы. Те же эльфийки гораздо симпатичнее. Да и вообще, если выключить предрассудки и обратиться к чисто эстетическому чувству прекрасного, то в городе можно встретить крайне много выдающихся красавиц и красавцев.
И это разумно, ведь большая часть богов до попадания сюда имела такой уровень силы и власти, что свободно могла менять собственное тело. А вот уже оказавшись тут, возвысившиеся столкнулись с выбором, какую из сил оставить у себя, и подобной возможности изменяться лишились. Уверен, если я открою клинику красоты и буду править внешность клиентов при помощи Метаморфизма и Контроля эволюции, то обрету нереальную славу. Хм, а это идея. Это надо подумать…
— Сразу хочу тебя предупредить, чужак. Любое резкое слово, оскорбление или попытка притронуться к госпоже — и тебя прикончат. Это территория Аргонианского квартала, и здесь действуют особые разрешённые городом правила, — прервала тишину, ведя меня по узкой улице между корпусами, моя хвостатая проводница.
Так я узнал, что глава у них — женщина.
— Даже убить можете? Не то чтобы я хотел чего-то нарушить, но боюсь по незнанию ляпнуть что-то не то, — удивлённо спросил я, выясняя подробности.
— Даже убить. Обычно, конечно, так не поступаем. Избитый до полусмерти и выброшенный на улицу бог более доходчиво передаёт окружающим информацию. С нами шутки плохи.
Странно, что при всех подобных понтах они не входят в десятку сильнейших кланов.
— А на минувшем турнире кланов какое место вы заняли? — невзначай бросил я, и она замерла, медленно поворачиваясь ко мне.
— Ты так молод, что не знаешь? Мы были первыми! — гордо заявила она, выпятив вперёд грудь, а затем уже тише добавила: — Среди расовых кланов. И четырнадцатые в общем зачёте.
— Увы, я не застал его, этого турнира, — пожал я плечами, не акцентируя внимания на их месте в общем зачёте.
— Ничего, ещё успеешь, — буркнула спутница, ведя меня мимо тренировочного зала, где три десятка мужиков их расы занимались какими-то единоборствами.
Выглядели они тоже довольно эстетично. И от обычных ящеролюдов всех мастей довольно здорово отличались анатомией. Меньше агрессии — больше эволюции и разума. Именно такое впечатление складывалось от их спокойных и методичных ударов ребром ладони по деревянному манекену.
— Прошу прощения. Возвращаясь к правилам пребывания… — начал допытываться о том, что строго-настрого запрещается делать в этом квартале.
Пока слушал, не забывал смотреть по сторонам и удивляться их военизированному пути развития. Спартанские условия и жёсткое разделение зон. Мужчины и женщины не пересекались практически нигде. Только в столовой сидели за соседними столами.
Я уточнил это у провожатой.
— Безусловно. Дабы быть в тонусе, необходимо соблюдать догмы наших предков. Мужчинам и женщинам нечего делить, кроме каши за трапезой, положенной из одного котла. Только одно единственное умение важно — умение убивать. И каждый сам себе судья на этом пути. Не справишься — умрёшь и сгниёшь, подобно мусору. И опозоришь своих учителей и предков. И никогда не попадёшь на Вечный пир.
— Я бы с удовольствием послушал о ваших верованиях, предках и догмах подробнее. Они удивительны! Может быть, после дежурства вы познакомите меня с вашей цивилизацией чуть ближе? Я бы рассказал о многогранности путей воинов моей родной Земли…
— О, вам правда интересно? — удивилась она и захлопала глазами, подняв от удивления хвост.
Прямо как кошка.
— Более чем! Ваша культура, ваш путь воина — это что-то потрясающее. Я много слышал об этом от других, но, мне кажется, чужаки мало что могут поведать о вас. Никто не знает аргониан лучше, чем сами аргониане.
— Хм… Хорошо сказано. Впрочем, сейчас вы здесь не за этим. Сперва постарайтесь не вылететь, как пустобрёх, из зала Первохвостой воительницы-настоятельницы. А там уж будет видно, кто вы есть, — оскалилась дева, распахивая дверь в центральное здание.
Причём здание красивое, выполненное, я бы сказал, в традиционном китайском стиле, с разноуровневой двускатной крышей, с колоннами из красного мрамора по бокам фасада и с украшениями на стене в виде миниатюрных дерущихся ящериц.
В зале оказалось прохладно. Голый камень разных цветов формировал мозаичный узор на полу. Тянулись вверх струйки дыма от свечей и благовоний, что стояли вдоль трёх стен на метровых металлических подставках. Прямо передо мной возвышался каменный трон, в котором рука мастера воплотила тысячи узоров и завитков, приковывающих взгляд. Но ещё больше этот самый взгляд приковывала восседающая на троне мадам в короткой чёрной кожаной юбке и чёрной кожаной куртке с металлическими вставками. На голове её возвышалась интересная, будто у папы римского подсмотрела, чёрная шляпа, а лицо прикрывала маска, разрисованная причудливыми узорами.
Так, если моя провожатая не соврала, то передо мной сама глава клана аргонианцев — жестокая и беспощадная Шарла Узи. Если верить всё тем же слухам, она была отправлена сюда «Аргонианскими бестиями» — кланом, что считался одним из сильнейших в землях Древних.
Отправили её сюда неслучайно. Говорят, после позапрошлого турнира, в котором они из кандидата в десятку сильнейших откатились далеко за вторую линию, опозорив всех воинов-аргонианцев, было принято решение о смене руководителя Аргонианского квартала. И вот результат. По словам моей провожатой, за пятьдесят лет Шарла Узи блестяще подготовила и выдрессировала своих подчинённых. Она, явившись напрямую из «Бестий», лишилась уровней, но не мастерства и сумела поднять в рейтинге их аргонианский квартал с двадцать третьего места на четырнадцатое.
Её методы оказались довольно жестоки и тираничны, да и сама она была далеко не юной девой и в первую очередь заботилась об имени своих воителей и воительниц, чести и результате. Следующий турнир должен состояться через три года — разумеется, если не случится ничего необычного, — и аргониане серьёзно рассчитывают пробиться в десятку сильнейших.
Да, бывает, старт переносят на пару лет раньше или позже положенного. Но в среднем срок всегда в полвека. Итоговое же решение принимает городской глава. В этом году от него тоже ожидают объявления итоговой даты начала турнира.
И ещё один важный момент: с другими расами аргонианцы практически не пересекаются. Разве что с ящеролюдами или другими, произошедшими от рептилий богами. Дракониды те же… Я их, правда, не считая встречи с Райдзеном Домо, за всё время почти не видел.