— Где Четвёртый, ЛИД⁈ — разъярилась Селеста.
— Тут, — показал я на свою грудь, опустив руку на сердце. — Мы снова едины. Это было неизбежно.
Снежная буря вмиг разбушевалась вокруг нас, но коротким движением руки я наполнил область вокруг силой изнанки, нарушая естественные законы Системы в этой области. Отныне магичить тут — бесполезно. Физически же… Ни один из них и близко не сравнится со мной, прошедшим тысячи витков эволюции. Да и подобраться ко мне, не напоровшись на одну из многочисленных разбросанных в воздухе ловушек с силой изнанки, что будет действовать на них точно также, как и на Четвёртого — им не под силу. А если кто-то и рискнёт, то ему придётся либо умереть, либо стать таким же, как я… О чём я их и предупредил. А после продолжил:
— Вляпаетесь — и пути назад уже не будет… Так что отступитесь. Мы с Системой враги. Согласен. Но не с вами. Я всё ещё считаю вас своими наставниками, друзьями, соратниками. Вы столько прожили… И ещё не понимаете, но всё ради этого дня. Дня, когда ваш вечный пост будет окончен. Вы заслужили отдых. Отныне можете не сдерживаться, убивая бедных, заблудших на своём пути Тёмных. Подарите и им свободу. Я же займусь теми, кто ни вам… Ни Системе — не по зубам.
Взмахнув рукой и открыв зияющий чернотой изнанки проход в другую часть мира богов, я оказался перед Фронтиром, любуясь самым грандиозным и масштабным столкновением во вселенной. Энергия божественности и изнанки просто взбесились и превратили поле боя в хаос.
— Какой бардак вы тут устроили… — Я посмотрел на воплощения пожирателей и тихонько произнёс своё негодование.
Они увидели меня, узнали… И, наплевав на всё, устремились ко мне. Три твари… Четыре… Пять… И постепенно их становится всё больше.
— Ну и здоровые же вы… — я вытащил копьё Предтеч и влил в него огромное количество божественности. Почти половину от того, что у меня было.
Как же оно прекрасно, преобразившись. Концентрация мощи, способной уничтожить одной атакой не только планету, но и даже нарушить цикл синтеза звезды. Стрелять им, выпуская эту мощь наружу — глупо. Я полечу туда, вперёд, и выпотрошу этих тварей. А когда они попытаются убежать, настанет время ещё парочки артефактов, что, как я думаю, сделают жизнь этих тварей немного сложнее… И сильно короче.
Первородное же пламя будет вишенкой на торте. Если других атак им не хватит…
— Как же мне повезло, что за целые эпохи вы остались такими же жалкими, лишь слегка поднабрав в весе… Будь вы в своей оптимальной форме… Боюсь, шансов у меня не было бы… Но пока вы такие малыши… — Я оскалился, чувствуя радость и предвкушение копья, да и моя душа тоже пела песню битвы. — Я хорошенько вас воспитаю…
Один удар, чтобы рассечь небеса, и тварей на моём пути. Один удар, чтобы разошлась в сторону, треснув, земля, превращая в неравные половинки прочие воплощения тварей. Землетрясение прокатилось по всему миру богов. Скрип земли, подобно печальной песней промчался по каждому уголку, давая понять, что что-то не так. Конечно, ведь от нашей битвы земля лопнула пополам и её части стали отдаляться друг от друга. Пока ещё медленно, да и корни, валуны, жучки первого Эволюциониста и сама Система делали всё, чтобы мир не разделился на несколько частей. Мне же было всё равно. Не сломав старый — не построишь новый. Я рубился с этими тварями, иссекая их и в воплощённой форме, и в истиной. Доводил до состояния берсерка, и снова бился. Использовал странные артефакты, запечатывающие время и этих тварей, не давая им сбежать. Первородное пламя выжигало их замершую суть… Они постепенно погибали, во второй раз продемонстрировав всему миру, что они очень даже смертны… Особенно если энергия, что атакует их намного более могущественная и жестокая, чем тот предел, который они готовы поглотить. Из-за своей слабости они были вынуждены буквально пожирать сами себя, но всё чаще умирали даже до того, как сожмутся до размера горошины, из которой им без посторонней помощи не возродиться. Я был подобен жнецу, что собирает эти горошины, уничтожая одну тварь за другой. И собирал их, как и самую первую свою жертву. Куски бесполезной призрачной плоти я тоже сжигал первородным пламенем. Бесполезный ошмётки изнанки…
Твари начали отступать. Но это так смешно… Как будто я постесняюсь прийти в захваченный этими налётчиками дом и дать им и бой там!
Ворвавшись и силой преодолев барьер, что стал ещё более дырявым за эти несколько дней, я оказался в месте, которое было похоже на один из моих снов… Великое чёрное ничто, где нет ничего и никого, и только сама тьма движется, словно змеи в клубке.