«Совет… снова эта тоска», — подумала Эмилия и скривилась.
Барон фон Берг опять будет пускать на неё слюни, хотя он женат, толстый мерзавец. Впрочем, графине нравилось думать, что Генрих представляет её, когда занимается любовью с женой. Или когда радует себя сам.
А вот Муратов… Он такой занудный. Снова заведёт пластинку про «общую стратегию», а Эмилия будет скучать и пить вино, пить вино и скучать.
Хотя в этот раз, возможно, всё пройдёт иначе. Владимир Градов вернулся и начал активно действовать. Это многое меняет.
Может, теперь Михаил Градов больше не нужен Муратову. Надо будет убедить его отдать пленника… и прикончить его. Отомстить за отца. А заодно и за брата — хотя кто именно убил его под Орловкой, так и осталось неизвестным.
Всеволод вдруг дёрнулся, словно его ударили током. Глаза остались закрытыми, но губы зашевелились:
— Вороны… магические вороны Градовых… Их четверо.
Эмилия приподняла бровь.
— Что?
— Один… говорит… — маг прерывисто вздохнул. — Я, барон Владимир Градов, приветствую вас, Эмилия Романовна.
Она замерла, ловя каждое слово. Даже беспощадная тряска уже не волновала её.
— Жаль, что не могу видеть вас лично. Говорят, ваша красота не знает себе равных, — продолжил Всеволод, передавая слова Градова.
Карцева улыбнулась. О, похоже, этот Владимир знает толк в женщинах. Ведь красота Эмилии действительно не имела равных во всей Российской империи. Да что там, во всём мире!
Если графиня в чём-то и сомневалась, то точно не в этом.
— Но уверен, скоро мы встретимся, — сказал маг. — Прошу вас прекратить за мной слежку и не портить графу Муратову и барону фон Бергу сюрприз. Я тоже намерен побывать на вашем совете. До встречи, ваше сиятельство.
Всеволод помолчал мгновение и внезапно закричал. Его тело выгнулось, голова с глухим стуком врезалась в стенку кареты.
— Они клюют меня! Клюют! — вопил он. — Когти! Клювы! А-а-а!
Эмилия вжалась в кресло, чтобы махающий руками и ногами Всеволод её не задел. Ещё порвёт платье, чего доброго. Она бросила взгляд на Рубина и спросила:
— Что ты сидишь, как истукан? Помоги ему!
Охранник издал глухое мычание из-под кожаной маски и схватил призывателя. Тот какое-то время ещё дёргался, а потом затих и потерял сознание.
— Бедный Всеволод Михайлович, — пробормотала Эмилия, изящным жестом поправив волосы. — Усади его поудобнее. Живой?
Охранник прижал два пальца к шее мага и кивнул:
— Угу.
— Хорошо. Пусть отдохнёт.
Карета въехала в участок ровной дороги. Скрип и тряска сменились ровным цоканьем копыт. Эмилия прикрыла глаза, повторяя про себя слова Градова. «Ваша красота не знает себе равных».
Уголки её губ дрогнули. Столь прямой и лестный комплимент был ей очень приятен.
Карцева достала карманное зеркальце, посмотрела в него и улыбнулась отражению.
— Интересно, — проговорила она. — Очень интересно.
Эмилия представила себе Владимира: наглого, дерзкого, с улыбкой, которая не сулит ничего хорошего. Именно такие мужчины рано или поздно оказывались у её ног. Или в могиле.
— Проснись, — она пнула Всеволода каблуком. Тот застонал, вытирая слюну с подбородка. — Где коршун?
— Его больше нет, — маг обнял себя за плечи, трясясь всем телом. — Вороны… они…
— Ты потерял нашу лучшую птицу!
— Простите, госпожа, но коршун был один, а воронов…
— Молчи. Ты бесполезен.
Эмилия отвернулась к окну. Владимир, конечно, не явится на совет. Это блеф. Но…
Вдруг явится? Это будет любопытно.
С каждым разом Владимир Градов всё больше и больше разжигал в ней интерес.
Поместье Градовых
В то же время
Я подставил ладонь, и ворон сбросил в неё череп коршуна. После того как маг потерял контроль, птица сразу же развеялась, и артефакт достался мне.
Неплохой трофей. Магограмма была относительно простой, так что коршуна мог призвать кто угодно. Но вот слиться с его сознанием уже не получилось бы — последние символы в магограмме позволяли делать это только тому, в ком текла кровь Карцевых. Или тому, кто принёс клятву верности на Очаге.
Неудивительно, ведь у моих воронов было то же самое.
Впрочем, на этот артефакт у меня имелись другие планы.
Я убрал череп коршуна в карман, а затем приказал воронам отправляться на разведку по периметру купола. Враги не решились атаковать — но я и так не слишком рассчитывал, что они пойдут в наступление. Все попытки штурма, про которые рассказывал мне Никита, оказались неудачными.