— Готово! — Артём вылез из салона, а после этого картинным жестом пригласил меня внутрь.
— Спасибо, — ответил я и сел в автомобиль.
— А каково осознавать, что это твои мозги? — задал он тот же вопрос, который несколько минут назад посещал и меня.
— Мои на месте. Это старые, — невозмутимо ответил я.
Артём рассмеялся, закрыл мою дверь и прыгнул за руль. Вставил ключ в замок, повернул его. Мотор затарахтел и тут же заглох.
— Этого ещё не хватало, — пробурчал рыжий и снова попробовал завести машину, но с тем же результатом. Потом он хлопнул себя по лбу и повернулся ко мне: — Ты же маг?
— Не совсем. Пока что, — ответил я.
— Это как?
— Долго объяснять. В чём дело?
— Если ты маг, машина работать не будет. Ты что, и этого не знаешь? — удивился Артём.
Я опять обратился к полученной из души Владимира памяти. Да, насчёт этого кое-что было.
Для начала, всё логично. Магия чаще всего игнорирует или нарушает работу законов физики, а любая технология основана именно на них.
Магическая и промышленная революции наступили в этом мире относительно недавно и почти одновременно. Быстро выяснилось, что магия и технология несовместимы.
Память подсказала, что магическая энергия подавляла электричество, работу механизмов и хаотичным образом меняла химические свойства веществ. И наоборот — там, где было сильное электрическое поле или мощные радиоволны, магия работала с перебоями.
Соответственно, большинство магов не могли ездить на бензиновой машине, пользоваться телефонами и огнестрельным оружием. Порох тоже плохо реагировал на магию.
Для нас с Артёмом это была лишь временная трудность. Ведь я взял себе тело магического инвалида. Исток, в котором формировалась мана, у Владимира был заблокирован. Если точнее, то у него было врождённое нарушение связи Истока с каналами тела.
Именно эту проблему он пытался решить в Тибете, но так и не преуспел.
Желая убедиться, я достал револьвер и открыл окно. Выставил оружие на улицу и надавил на спусковой крючок. Курок щёлкнул, но выстрела не произошло.
— Может, порох отсырел? — предположил Артём, наблюдая за моими экспериментами.
— Нет, ты прав, — сказал я, вытаскивая уже бесполезный патрон с пробитым капсюлем. — Есть запасные патроны?
— А то, — рыжий открыл бардачок, достал оттуда коробку с патронами и протянул мне. — Только зачем они тебе, если ты маг?
— Пригодятся.
Сейчас моё тело было наполнено остатками энергии Знаков Сотворения. Временно у меня нет к ним доступа, а энергия скоро иссякнет, и я, по сути, стану обычным человеком. До тех пор, пока не смогу восстановить связь Истока с каналами.
Но это тоже займёт время. А ещё у этого тела была уникальная способность, ради которой я его и выбрал. Судя по всему, именно в Тибете, благодаря духовным практикам, Владимир обрёл связь с Космосом. Пока что слабую и неустойчивую, но я смогу её развить.
Энергия Космоса гораздо сильнее, чем та мана, которую создают Истоки внутри людей. Хотя, конечно, предстоит пройти определённый путь развития, чтобы использовать её на полную мощь.
— Подождём немного, — сказал я. — Скоро моя магия развеется, и сможем поехать.
— Это разве так работает? Я слышал, маги вообще не могут технологиями пользоваться, — засомневался Артём.
— Подождём, — повторил я, не желая пускаться в разъяснения.
— Ну ладно, я пока посмотрю, куда нам ехать, — рыжий вытащил из бардачка сложенную в несколько раз бумажную карту.
Я вставил в револьвер недостающие патроны и убрал его за пазуху. Мимолётом осмотрел себя. Клетчатый дорожный костюм был забрызган кровью, причём не только моей, и перепачкан землёй. Выглядел я именно так, как будто вылез из могилы.
Поднял взгляд и посмотрел на себя в зеркало заднего вида. Внешность, которой я теперь обладал, мне нравилась. Тёмные волосы, резко очерченные скулы, выступающий волевой подбородок. Аристократичная внешность без капли смазливости, то, что мне по душе.
Тело, как я уже убедился, в хорошей форме. Даже без усиления магией оно было способно на многое — похоже, что в Тибете Владимир уделял время не только духовным, но и физическим практикам.
Что же касается магии — энергия Знаков Сотворения покидала меня, капля за каплей. Я расставался с ней без сожаления, хотя и знал, что как только она уйдёт, я буду полностью лишён магии. На какое-то время.
Это не значит навсегда. Магическая инвалидность, которая считается в этом мире неизлечимой, для меня не проблема. Правда, я рассчитывал, что с помощью рода смогу легко одолеть этот якобы неизлечимый недуг. Но теперь, если род и правда уничтожен, мне придётся приложить чуть больше усилий.