Бойцы приготовили оружие. Артём нервно перебирал рукоять боевого топора, который ему выдали. Секач тоже спешился и обнажил оба своих тесака. Ночник и второй солдат исчезли в кустах, не издав ни звука.
Враги появились через несколько минут. Сначала из-за поворота выплыл синий свет их кристального фонаря, а затем уже показались сами патрульные. Трое в серых плащах с капюшонами ехали, не спеша, о чём-то переговариваясь.
Впереди ехал тот, что освещал путь. Свет лился холодными волнами, выхватывая из мрака корни, камни на дороге, лица самих патрульных.
Я прищурился. Воздух вокруг всадников чуть подрагивал, словно над раскалённым железом. У них тоже защитные амулеты. Значит, вчерашний налёт стал для людей Муратова наукой.
Кроме того, как минимум у одного из них должен быть при себе сигнальный артефакт. Дружинники рассказали мне, что у каждого патруля такой есть, чтобы в случае чего быстро позвать подмогу.
Противники были вооружены луками, которые предусмотрительно держали в руках, а на поясах висели длинные кавалерийские сабли.
Отряд замедлился, их лидер поднял фонарь выше. Мы стояли неподвижно, а луна была затянута тучами, так что разглядеть нас издалека было сложно. Но теперь, когда между нами осталось меньше пятидесяти метров, враги нас наконец-то заметили.
— Добрый вечер, — сказал я. — Вы под прицелом винтовок. Если хотите жить, не советую подавать сигнал.
Подтверждая мои слова, Ночник и второй боец показались по бокам дороги, лязгая затворами. Защитные амулеты врагов, возможно, были способны выдержать одну или две пули, но не с такого расстояния. А их аура была слишком слаба, чтобы заставить оружие в чужих руках дать осечку.
Всадники вздрогнули. Двое выхватили стрелы и наложили их, наполовину натянув тетивы. Наконечники стрел были тупыми и еле заметно мерцали оранжевым. Магические.
Лидер отряда, коренастый мужчина с квадратной челюстью, выехал чуть вперёд и спросил хмурясь:
— Кто вы такие?
— Меня зовут Владимир Градов, — представился я.
— Градов? Самолично? Во дела.
— Невежливо спрашивать моё имя и не называться самому, — заметил я.
— Сержант Андрей Корнилов, — сказал дружинник.
Рука, которой он держал фонарь, была тверда. Но вторая, которой он сжимал рукоять сабли, чуть подрагивала. Он понимал, что их застали врасплох, и наверняка уже чувствовал дыхание смерти за спиной.
— Сдавайтесь, Андрей, — сказал я. — Не хочу проливать лишнюю кровь. Ваши люди на блокпосту разбиты, подмога не придёт быстро. Пока сюда съедутся другие патрули, вы будете уже мертвы.
— А может, мне плевать, ваше благородие, — оскалился сержант. — Может, я хочу рискнуть и выполнить свой долг.
— Я отнесусь к вашему решению с уважением, — ответил я. — Но в этом случае придётся убить вас и ваших людей, а мне бы искренне не хотелось этого делать.
— Да ладно? Вчера вы очень искренне перебили всех наших на заставе, — процедил Корнилов.
— Идёт война, хотя многие об этом забыли. Но не каждый обязан на ней умирать. У вас есть шанс выжить. Даю тридцать секунд на раздумья, — я взвёл курок револьвера, но не стал его поднимать.
Сержант покосился влево и вправо, на моих бойцов с винтовками. Посмотрел на остальных, готовых сорваться в рукопашную. И в последнюю очередь обернулся на своих. Патрульные смотрели на него не иначе как с надеждой.
— Отдаёмся на вашу милость, господин Градов, — глухо произнёс Корнилов и убрал руку с сабли, а затем приказал своим: — Бросьте оружие и амулеты.
После этого он первым снял защитный амулет с шеи и швырнул его на дорогу. Серебряный ромб блеснул в звёздном свете, как слеза.
Сигнальный кулон и фонарь разбили. Оружие, защитные амулеты и коней забрали себе. Связывать патрульных не стали, а лишь заставили их снять сапоги — пешком, да ещё и босые, они не быстро доберутся до блокпоста, а вызвать подмогу теперь не могут.
— Вам не обязательно признаваться командирам, что вы сдались, — посоветовал я напоследок. — В этих краях бродит немало мародёров, не так ли? Возможно, одни из них напали на вас из леса и застали врасплох.
Сержант еле заметно пожал плечами и ничего не ответил. Но у него хотя бы появилась пища для размышлений.
Мы двинулись дальше. Первая встреча прошла хорошо — но ночь только начиналась.
— Внимание, бойцы, — сказал я. — Кроме патрулей вражеских родов, у нас есть ещё один противник. Наёмники под руководством некоего Зубра. Кто-нибудь слышал о таком?