— Странно. Он же тебя терпеть не может.
— Мало кто может меня терпеть, — ответил капитан. — Кроме вас, прелестная госпожа.
Прелестная, да ещё и госпожа… Этот мерзавец точно знает, как умилостивить графиню.
— Я могу идти? — спросил Константин.
Эмилия осмотрела мощную фигуру капитана и, помедлив, спросила:
— Скажи, что ты думаешь о новом бароне Градове?
Уголки губ Роттера опустились вниз. Он дёрнул щекой, и шрам на ней изогнулся, будто змея, готовая к броску.
— Бароне? — переспросил капитан. — Он получил титул?
— Вчера. Так что ты думаешь о нём?
— Ничтожество, — обронил Константин. — Блеклая тень своего отца. Магический инвалид. Позор для рода. Он никогда не сможет стать таким же, как прошлый барон.
— Ого, как любопытно, — улыбнулась Эмилия. — Мне кажется, или прошлого барона ты вспоминаешь с уважением?
— Александр Петрович был великим человеком.
— Тогда почему ты предал его?
Взгляд Роттера остекленел, будто его душа покинула тело. И без того твёрдые черты лица стали каменными, к дыханию примешался утробный рык. Капитан стал похож на демона — волна безумной ярости разошлась от него, как магия.
Это продолжалось всего мгновение, но заставило графиню напрячь Исток.
«Воистину чудовище, — подумала она. — Хотела бы я посмотреть, как он сражается. Наверняка кровавое и увлекательное зрелище».
— Я. Никого. Не предавал. Ваше сиятельство, — произнёс Роттер. Каждое слово как топор палача, перерубающий чью-то шею. — Я спас своих людей. От неминуемой гибели.
— Но тебя всё равно считают предателем, — сказал Эмилия. — Ты договорился с моим отцом, отступил с поля битвы и открыл фланг Градовых для атаки нашей конницы… И это привело к тому, что мой отец погиб, а Михаила Градова взяли в плен. Интересно получилось, не правда ли? — графиня усмехнулась. — Может, в этом и состоял твой хитрый план? Обезглавить род Карцевых?
— Нет, госпожа. Я думал о своих людях.
— И твоим людям это по нраву? Никто не жалеет, что они теперь служат мне?
— Те, кто жалел, уже не с нами, — ответил Константин таким тоном, что Эмилия решила не уточнять, что с ними случилось.
Ничего хорошего, это уж точно.
— Ты сложный человек, капитан, — улыбнулась она, закинула ногу на ногу и мельком взглянула в зеркало. — Загадочный. Но мне бы не хотелось узнать тебя поближе. Думаю, что если заглянуть в твою душу, можно потерять рассудок.
— Точно подмечено, ваше сиятельство, — невозмутимо сказал Роттер. — Вы позволите идти?
Графиня молча шевельнула рукой. Константин поклонился и вышел.
Эмилия выдохнула с облегчением.
Порт Суходол
В то же время
Паром причалил к Суходолу с ленивым скрипом, будто нехотя. Я вышел из машины навстречу, потянулся, вдыхая солёный воздух. К запаху моря примешивался аромат дизельного топлива, рыбы и лошадиного навоза. Не самое изысканное сочетание, но в чём-то даже приятное, полное жизни.
Порт кишел людьми: грузчики в потёртых куртках таскали ящики, торговцы орали с причала, предлагая вяленую рыбу и чай из термосов. Лошадиный топот сливался с гудками машин, которые медленно съезжали с парома.
Базилевский не зря выбрал этот рейс. Наши кони, словно обычные рабочие клячи, стояли в общей толпе, жуя сено из деревянных корыт.
— Все на месте, — Артём, пересчитав животных, кивнул. — Девять голов, как и должно быть.
Ночник, прислонившись к капоту автомобиля, щурился на толпу.
— За нами вроде не следят. Коршун исчез ещё у Владивостока, — прошептал он.
— Всё равно смотрите в оба, — сказал я, разминая затёкшую шею. — Враги наверняка уже знают, что мы покинули город. Нас ищут.
Дружинник кивнул и исчез в толпе, слившись с ней, как тень. Остальные внимательно оглядывались, пока доставали из багажника сбрую и седлали коней.
— Артём! — позвал я.
— Тут я, — откликнулся рыжий и перекатил во рту карамельку. — Хотите, ваше благородие? — парень достал из кармана горсть уже знакомых мне круглых конфет.
— Не хочу. Где ты всё время берёшь конфеты? — спросил я.
— Ну-у, как бы вам сказать… В детстве я ограбил кондитерскую фабрику, до сих пор запасы остались, — отшутился Артём.
— В прошлый раз ты рассказывал про радугу. А если серьёзно?
— Если серьёзно — люблю я сладкое, ничего не поделаешь. Вот и приходится всё время конфетки с собой таскать.
— Видимо, нормального ответа я не дождусь. Ладно, есть задание.
— Слушаю, — кивнул рыжий.
— Продай машину. Дальше мы отправимся верхом.
— Машину продать? Кому? — удивился парень.