Где-то вдалеке раздался волчий вой. И что-то мне подсказывало, что это может быть не настоящий волк. Такой же сигнал подавали наёмники в прошлый раз, когда приготовили для нас засаду за бродом.
Секач скоро вернулся и сказал, что всё в порядке. А вскоре появились Ночник с напарником.
Они вели за собой связанного человека, который весь дрожал, и явно не от холода. Следом шагала его лошадь.
— Ведите сюда, — приказал я.
Ночник дёрнул за верёвку, как за поводок. Мужчина был вынужден пройти вперёд. Он был ненамного старше Артёма, лет двадцати, с щуплой фигурой и глазами, полными страха.
— Имя? — спросил я.
— На хрена тебе знать, как меня кличут? — вдруг расхрабрился тот, хотя дрожать не переставал.
— Да это ж Игорёк, — сказал, приглядевшись, Артём. — На Зубра работает.
— А тебе, сучья морда, точно амбец! Крыса рыжая, кидалово! Засобачим тебя и затемним в этих горах, вместе со всеми остальными. Ни один легавый не усечёт, где ваши кости кроются!
— На каком языке он разговаривает? — удивился я.
— На воровском жаргоне, — сказал рыжий. — Игорёк у нас с одиннадцати лет по тюрьмам.
— Я бродяга по жизни и фасон держу, врубаетесь? Своих не засыплю, чё хотите делайте, — наёмник поднял трясущийся подбородок.
Я чуть подался вперёд и заглянул ему в глаза. Игорёк выдержал лишь пару секунд, а затем отвернулся.
— Смотри на меня, — приказал я.
Мой голос прозвучал суровее, чем приговор судьи, так что наёмник послушался. Стиснув губы, он повернулся обратно ко мне.
— У меня нет времени с тобой играть, щенок, — произнёс я с таким количеством стали в голосе, что Игорёк застыл, будто я приставил револьвер к его голове. — Отвечай на вопросы, и я подумаю, оставить ли тебя в живых. У тебя один шанс. Имя?
— Так, ты ж уже знаешь…
— Сбросьте его вниз, — сказал я, выпрямляясь.
Два дружинника тут же схватили Игорька и потащили к обрыву. Он заверещал и пытался вырваться, но солдаты держали крепко.
— Игорь! Игорь меня кличут! — завопил наёмник.
— Как ты сам заметил, я уже знаю, — невозмутимо произнёс я.
— Ладно, ладно, я всё скажу! Чё хотите знать⁈
— Хочу знать, сколько времени займёт твоё падение. Будь добр, кричи до последнего, чтобы мы поняли. А то уже стемнело.
Игорёк стал вырываться усерднее и даже вцепился зубами в руку держащего его дружинника. Но прокусить рукав не смог, так что отпустил и снова заорал:
— Я тут один, клянусь! Нас двое было, Волк в Олений поканал! Командиру мигнуть, что вы здесь! — голос наёмника стал хриплым от воплей.
Я поднял руку, останавливая дружинников, и спросил:
— Сколько вас всего?
— Да хрен знает… — часто дыша, ответил Игорёк. — После парома, где Паука с остальными замели, человек тридцать осталось. Это если вся свора собраться успеет, а то они по округе чешут, тебя ищут.
— Что-нибудь ещё?
— Ничего больше не знаю, век воли не видать!
— Ладно, оставьте его, — сказал я. — Заткните рот и посадите на лошадь.
Убивать пленных — не в моих правилах. Оставлять его здесь тоже нельзя, ведь тогда Зубр сразу поймёт, что мы знаем о его приближении. Пусть лучше думает, что Игорёк продолжает за нами следить, и я ни о чём не подозреваю.
Ночник затянул рот Игорю так, что у него покраснело лицо и глаза вылезли из орбит. Наёмника подняли в седло, а его лошадь Секач привязал к своей. Затем мы продолжили путь, освещая дорогу фонарями.
Идти теперь приходилось ещё медленнее, но зато это значило, что и враги не смогут нас догнать. Вычислить, куда именно мы направляемся — не проблема, здесь почти нет других троп. Но настигнут они нас только к утру, не раньше, даже если будут спешить.
Это даже радовало, ведь я сам жаждал встречи с Зубром. Мне надоело, что какой-то наёмник считает меня своей жертвой. Пора преподать ему урок и показать, кто здесь настоящий охотник.
Мы постепенно поднимались всё выше. Вскоре на небе взошла луна, и перед нами раскинулась долина с пологими краями, поросшая соснами. Лес казался чёрным, как бездна, но в одном месте он был ярко освещён. Неровное пятно висело в воздухе между деревьями, распространяя серебристо-серый мертвенный свет.
— Разлом, — сказал Секач. — И здоровенный, раз его отсюда видно.
— Чем больше разлом, тем сильнее монстры, не так ли? — спросил я.
— Конечно. И тем дольше он висит. Этот, судя по цвету, уже неделю точно на месте… Наверняка из него много тварей вылезло.
— Хорошо, что домик, который мы ищем, находится именно в этой долине, — я улыбнулся.
— Как же нам повезло, я сейчас в штаны наделаю от счастья, — простонал Артём.