Пули прошили прилавок над моей головой, одна взорвала кинескоп телевизора, осыпав меня осколками, остальные исчезли в догорающем пламени стеллажа с бутылками.
Моя пуля тоже не достигла цели. Сквозь весь этот дым и пыль я особенно четко увидел, как буханка хлеба всего в миллиметре от плеча пацана разлетелась в крошку и еще дальше в прилавке образовалось отверстие величиной с кулак. Если бы я попал, от сумеречного мало бы что осталось.
Но у него и так сдали нервы!
Парень вскинул автомат и вдруг вскочил на ноги, отстраняясь от меня, словно хотел увернуться от пули. В тот же миг в его теле образовалось сразу несколько дырочек. А потом прозвучали запоздалые звуки выстрелов.
Пацан дернулся, как марионетка в руках неопытного кукловода, ноги его подкосились, и он упал на спину, опрокидывая полки с остатками хлеба на себя. Автомат гулко упал рядом.
Ай да Вероника с Сомом, словно специально поджидали подходящего момента!
Сил подняться у меня не было, но я все же попытался.
Получилось. Наверное, нервное напряжение сильно меня подкосило.
В мою сторону уже бежала Вероника, путаясь в своем прекрасном платье.
— Ты в порядке? — ее теплые руки уже ощупывали мое тело, ища раны.
— Все нормально. Он в меня не попал. Разве только вот это, — я показал окровавленные запястья с мелкими осколками, торчащими в них. Вероника охнула и вдруг со всей силой сжала мои ладони в своих.
Острая боль пронзила совсем неожиданно! Но не такая, как была в кабинете у жреца. Я скорчился, из последних сил стараясь вырваться, но… откуда в такой хрупкой девушке столько сил? У меня разом заболели все зубы и заложило уши. Под Вероникиными руками что-то зашевелилось, я чувствовал, как раздвигается моя кожа, выпуская застрявшие осколки, отдавая их ладоням девушки!
Боль отступила резко, вместе с самой Вероникой, сделавшей шаг назад и уступившей место подбежавшему Сому!
— Парень, ты цел? — изумленно воскликнул Сом. — Я думал, от тебя один фарш остался!!! — и он крепко сжал меня в своих объятиях, не очень ловко ткнув ручкой своего пистолета под ребра.
Я отстранился, успев заметить, как Вероника отряхивает ладони. Посмотрел на свои руки. Ни одного осколка. Только мелкие царапины, которые не причинят особенного неудобства.
Лекарь дна по природе! Этот дар у нее не отберешь ни за что в жизни. И сама Вероника об этом знала…
— Спасибо, — я потер ладони, — но, мне кажется, не надо задерживаться. На выстрелы может прийти еще кто-нибудь.
— Согласен, — Сом забежал за прилавок и вернулся с сумкой и трансформатором, — но Вася сказал, чтобы мы ждали его здесь.
— Ты думаешь, он сможет выбраться?
— Как раз об этом я и думаю, — заверил меня Сом, — Пошли на второй этаж. Нужно спрятаться где-нибудь около окон, из которых хорошо видно Цитадель и дорогу, чтобы не пропустить Васю. Ну, а если он не придет через час, то будем выбираться из Краевского…
Мы пошли в сторону лестницы, огибая упавшие стеллажи. Огонь уже перебрался на другие полки. Теперь горели выпотрошенные мягкие игрушки, валяющиеся вокруг, и журналы.
Уже поднявшись, я расслышал внизу звуки подъехавших автомобилей.
Или, может, мне просто показалось?
ГЛАВА ПЯТАЯ
— Плохо дело. Кажется, мы все-таки привлекли внимание. — Сом осторожно выглянул из окна. — Три машины. Шестеро сумеречных. Нехило.
На втором этаже универмага располагалось несколько отделов по продаже драгоценностей, еще один аудио-видеоотдел и отделы мужской и женской одежды. Оттуда выходили два окна на горящую Цитадель.
Пламя не затихало, перебираясь с одного этажа на другой и опускаясь все ниже. Отсюда был виден только первый десяток этажей, но огонь уже добрался и до них. Верхние этажи скрывали клубы черного дыма.
Как же там Вася справляется? Жив ли он вообще?
— Будем надеяться, что они не снизойдут до того, чтобы осмотреть верхний этаж магазина, — добавил Сом, вглядываясь куда-то вниз, в темноту.
— Много у нас оружия? — Вероника проверила свой пистолет и, вынув обойму, отшвырнула ее в сторону.
— Вот именно, что нет. На шестерых не хватит. А ее каждый стоит такого, как тот сумасшедший пацан, пиши — пропало. Нам не выбраться даже на улицу!
— Надо узнать, что с Васей, — неожиданно сказала Вероника. — Стоит ли вообще его ждать, или будем уходить из Краевского!
Сом присел за прилавок, отойдя от окна, и положи на колени информатор. Что-то нажал на черной коробочке, от которой тянулись проводки.