– А я твою, – не сдержала порыва и поцеловала его, забыв о церемонии и всех присутствующих. Никого кроме нас не существовало. Только нежные поцелуи и безграничная любовь. Любовь, что заключала в себе блаженство и муку, жизнь и погибель.
– Я понимаю, любовь лишает здравого смысла, – откашлялся Или-Арт, – но позвольте закончить ритуал.
Я чуть отступила о Дана, соблюдая необходимую дистанцию. Настала моя очередь произнести клятву. Мысли разлетались испуганными птицами, никак не могла собраться. Не представляла, какие слова подобрать, чтобы выразить глубину своих чувств. Все они казались неправильными, неуместными. Недостаточными, чтобы передать то, что я ощущала.
– Не важно, как меня станут называть: законной женой, тайной любовницей или твоей прин. – крепче сжимая пальцы на плече Дана, обещая не отпускать, чтобы не случилось. – Осудят ли, упрекнут ли, окружат ли запретами. Или же проклянут за попрание традиций, марание чести. – Я готовилась к любому повороту событий. Только даже не думала сдаваться, собиралась бороться до конца. – Я все равно буду твоей, буду рядом с тобой. Только мы, ты и я, знаем, что на самом деле между нами. Я твой тыл, твоя опора, твой маяк. А ты – вся моя жизнь. Клянусь любить тебя до последнего вздоха.
– До последнего вздоха, – тоже дал обещание Дан.
Или-Арт сделал несколько финальных манипуляции с нитью, и бросил короткую резкую фразу.
– Отпускай, – попросил Дан и разжал пальцы, освобождая мой локоть.
Я отпустила его, но почувствовала мощное сопротивление – энергия нити держала. Призвала имирт и направила всю его мощь в сжатый кулак. Рывок – и нить оборвалась. Вспыхнула, словно сгорая в холодном огне и пепел рассеялся, оседая на ладонь. Я испугалась, что-то пошло не так: нить должна была связать нас, а не рассеяться прахом. Разглядывала следы пыли на коже: постепенно она замерцала и, точно живая, собралась воедино, составляя новую нить. Извиваясь змеей, она пелась с нитями, что окружали наши руки. Ярко засияла и погасла, превращаясь в одну из моих, из которых соткано бытие. Единственное ее отличие – она колебалась, покачиваясь словно на ветру, соединяя меня и Дана. Мгновенно я почувствовала изменение в его имирте. Как и у Алу: он казался знакомым и чуждым одновременно.
Или-Арт что-то громко объявил и, сделав в воздухе неведомый пас рукой, кивнул нам: позволил наконец скрепить союз поцелуем.
– Всё закончилось? – шагнула в объятия Дана, встречаясь с ним губами.
– Нет, – обхватил мое лицо ладонями, опаляя жаркими поцелуями. – Всё только начинается.
Невероятные, порой жестокие и ужасные события, с которыми я столкнулась за последние недели, было началом опасного и извилистого пути, по которому нам с Даном суждено пройти рука об руку. Вместе.
Впереди нас ждала долгая дорога в Кариар.
Эпилог
Алария вращала на пальце перстень – одна из немногих уцелевших семейных реликвий Эттр. Отсутствие новостей тревожило. Долгое молчание – само по себе плохой знак.
Она оставила в покое руки и медленно обошла небольшой кабинет. Длинный шлейф платья задевал ножки кресел, путался в ногах. Алария ненавидела тесноту. Просторные залы остались в прошлом. Теперь они вынуждены ютится в крошечной резиденции, не рассчитанной на пышные приемы. Это крысиная нора, где они прятались, чтобы не быть раздавленными Акраном Хортом. Унизительное положение. Но она верила, что это скоро закончится. Ее сын вернет мир и благоденствие в Кариар. А она ему поможет. Будет направлять, как делала это на протяжении всей жизни. Вместе они вернут то, что принадлежит им по праву.