– Конечно. – Софи рассмеялась и вышла к матери. – Только в том случае, если меня зовут Ноа.
Эстель ничего не ответила, только восхищенно всплеснула руками и обняла охотницу. Краситься в иссиня-черный она прекратила после того, как во всем призналась дочери. Сейчас ее светлые волосы, точно такого же цвета, как и у Софи, были уложены в высокую сложную прическу. Бывшая директриса оставалась все такой же красивой и выглядела моложе своего возраста.
– Хьюго? – Джейн тем временем вопросительно взглянула на сына. – Ты ничего не хочешь нам рассказать?
– Эм-м-м… Нам пора идти. – Чарли тут же подскочил, как ужаленный, и, схватив друга за руку, потащил из комнаты.
– Они явно что-то задумали, – произнесла Софи, провожая мальчиков взглядом.
– Несомненно, – согласилась Джейн.
Ива тяжело вздохнула:
– Вот это меня и беспокоит. – Она лучезарно улыбнулась, поправляя платье. – Но нам уже пора. А то мой жених сам сбежит с тем официантишкой, который сегодня разносит пирожные.
Зал, в котором происходило торжество, был украшен десятками гирлянд, свисающих от потолка длинными мерцающими лианами, и множеством живых цветов, источающих тонкий аромат. Легкие летние сумерки принесли желанную прохладу, и огромные окна с затейливой лепниной на рамах были распахнуты настежь, как и двери, ведущие на широкие балконы.
Софи сидела возле Ивы как одна из двух подружек невесты и смотрела на Орфея, который сегодня был счастлив, как никогда. А вот остальных представителей мужской части их компании словно ветром сдуло.
– Попрошу минутку внимания, – раздался голос Орфея. Он неожиданно поднялся на небольшую сцену, где прежде играли приглашенные музыканты. Держа микрофон в одной руке, другой он требовательно махнул, призывая всех к тишине.
Ива растерянно взглянула сначала на Софи, а потом на Джейн, но те лишь пожали плечами. А Орфей продолжил, глядя влюбленным глазами на свою жену:
– Ив… Сегодня пятый самый счастливый день в моей жизни. – Он расплылся в широкой улыбке. – Первый был тогда, когда ты вопреки всему проснулась и произнесла: «Ради всего святого, больше никогда не пой возле меня!» – Орфей подождал, пока прокатившаяся по залу волна смеха утихнет. – Следующие три дня именуются Аврора, Чарли и Элла. И сегодняшний, пятый – день, когда ты стала моей женой. Я полагаю, что у большинства возникнет вопрос: а почему именно сейчас, не раньше? Ответ простой – ты стала моей семьей уже много лет назад, без всяких пышных торжеств. Но однажды я проснулся и понял, что у тебя должно быть и все это… – Он обвел рукой зал. – Это самое малое, чем я могу отблагодарить тебя за каждую минуту, каждый день моей жизни с тобой!
Софи и Джейн обняли Иву, не отрывающую взгляда от сцены. На ее глазах блестели слезы счастья.
– И поэтому, – сказал Орфей, – я подготовил для тебя небольшой сюрприз! – На сцену поднялись Патрик и Захария с гитарами в руках.
Ива испуганно закрыла ладонью рот, но прежде, чем она успела что-то сказать, охотник рассмеялся:
– Нет-нет, не волнуйся… Эти ребята доходчиво объяснили мне, что любить петь и уметь – совершенно разные вещи. Та к что петь будут они. И как оказалось, я тоже могу чему-то научиться. – Мужчина сделал шаг к фортепиано и похлопал по крышке. – Но это еще не все… Рядом с тобой сидят две мои подруги, две прекрасные женщины, которые заставляют вот этих двух оболтусов ежедневно просыпаться с улыбкой. Вы все – моя семья, и я безумно рад разделить этот чудесный день с вами. Я хочу, чтоб вы трое вышли на танцпол, и в этом мне помогут вот эти три замечательных джентльмена. – Орфей указал на возникших неизвестно откуда Чарли, Ноа и Хьюго, направившихся к столу, за которым сидели женщины.
Отложив микрофон, он сел за фортепиано, и по залу разнеслись первые аккорды нежной мелодии. Патрик с Захарией заиграли на гитарах, а потом запели. Софи, равно как и Ива, впервые услышала, как поет Патрик. Как выяснилось, он обладает высоким и чистым тенором, в отличие от мягкого баритона Захарии.
Ноа величественно подплыл к Софи, протягивая руку:
– Не окажите ли вы мне честь пригласить вас на танец, прекрасная леди?
– Этому папа тебя научил? – рассмеялась она, приняв руку сына и следуя за ним на танцпол. Проходя мимо столика, за которым расположились Пако и Зевс со своими семьями, она задержалась на секунду, чтоб поздороваться.
– Ну, он всегда говорит, что… Ай, ладно. – Ноа пожал плечами и закружил маму вокруг себя. Он достигал ей всего до пояса, но это не мешало ему вести ее в танце.