Преодолев сложный участок, нажал боковую кнопку на смарте. На экране проявились белые цифры. Английский уже через пять минут, а он всё ещё на первом, пробирается как сонная черепаха через залив. Обычно, в такие минуты собственного бессилия, наступала апатия. Бывало, Артём просто уходил с пар, не желая видеть ни преподов, ни тупых однокурсников. Но в этот раз, тело как будто само несло вперёд. Быстрее, ещё быстрее.
– Какие люди и без охраны, – сказал очень знакомый женский голос позади. – Артём Сергеевич собственной персоной. А я тебя заждалась. Думала не придёшь.
Артём обернулся, но эффектная блондинка сблизилась ещё быстрее. Повеяло духами, что своей ценой явно вытеснили окружающий воздух. Стало тяжело дышать. Облегающее салатовое платье, в нужных местах облегает ещё сильнее, от чего сердце колотится чаще, готово зайчиком выпрыгнуть из груди. Глубокое декольте Габриэллы, как бы случайно опустилось на уровне глаз. Одно неверное движение и сосок защекочет щёку.
Собрав гормоны в кулак, сказал как мог убедительнее:
– Габриэлла Ивановна, я тут немного опаздываю. Может поговорим в другой раз? У меня английский вот-вот начнётся. – Артём попытался пройти мимо и даже сделал пару шагов на пути к свободе, когда услышал властное:
– Стоять.
Она лукаво усмехнулась, глядя на застывшего ученика.
– С каких это пор тебя стала заботить пунктуальность? Не переживай, я только хотела спросить, как прошёл первый день на новом месте. Даже удивительно, что никто до сих пор не заявился ко мне с жалобой.
Артём вспомнил, что перед ней нельзя давать слабину, иначе сожрёт.
– Габриэла Ивановна, всегда есть вероятность, что я одумался и наконец встал на светлый путь исправления. Вот, даже учебники прихватил. Правда, без пакета. Хотя, так даже лучше.
– Ты мне зубы не заговаривай. – Она обхватила ладонями талию, ещё сильнее выпятив грудь. – Я тебя слишком хорошо знаю. Что-то уже задумал, или планируешь задумать. Скажу старосте, чтобы присмотрел за тобой. Влад один из самых примерных учеников, да к тому же отличник. Он-то тебе спуску не даст. Советую брать с него пример.
Она круто развернулась, задев его лицо кончиками волос. Каблуки на высокой шпильке резво застучали вверх по лестнице.
Артём ворвался в аудиторию тяжело дыша:
– Извините за опоздание, – сказал внезапно осипшим голосом.
Хотел сделать ещё шаг, но запнулся о половицу. Едва удержался, чтобы не распластался вдоль лакированных досок.
Поднялся гул голосов. С парт, на растрёпанного паренька уставились десятки дразнящих глаз. От доски отвернулась белокурая девочка, на вид лет пятнадцати. Если бы не чёрные колготки с ещё более чёрными сердечками и туфли на красной подошве, Артём бы поверил, что так оно и есть. Незнакомого человека, внешность Лилии Алексеевны всегда вводила в заблуждение.
– Всем заткнуться! – Аудитория поймала тишину. – Ты ещё учишься? – спросила удивлённо, ведя к переносице квадратные очки. Кончик указки всё ещё касается доски, где старательно выведено мелом “Sex”. – Как переводится помнишь?
– Секс, –ответил Артём первое пришедшее на ум.
На передних рядах прыснул смех, кто-то запустил бумажный самолётик. Лилия просто повернула в ту сторону голову, и стало слышно лишь учащённое дыхание Артёма.
– Неправильно. Наверное следует оставить тебя после пар, на дополнительные. Но сегодня я занята. А где твой неизменный пакет? Ладно, можешь не отвечать. Сядешь здесь, – указала на первый ряд, разумеется – свободный.
Артём молча повиновался. Пока шёл, слышал как за спиной стучит мел. Студенты быстро забыли о новеньком, переключаясь на рутинную писанину. Спустя пол часа, в аудитории наступало сонное царство, бороться с которым не было ни сил, ни желания. Кто-то откровенно засыпал, вслушиваясь в подростковый голос Лилии, другие сооружали целые бастионы из учебников, и там складывали головы на тетрадки. За бумажными стенами крепостей тихо похрапывало, а на задних партах доходило до тяжёлых артиллерийских раскатов. Но находились исключения, что неотрывно следили за преподавателем, как акулы, что никогда не останавливаются. Их авторучки неутомимо шуршали, записывали в конспект каждое оброненное слово. Ещё бы. Артём на себе ощутил, как порой трудно заснуть, когда Лилия берёт мел с полочки под доской, или когда тянется к верхнему краю доски записать заглавную букву «R». Какое-то время Артём тоже засматривался, ощущая постоянное напряжение в штанах, но странное дело – спать не хотелось от слова совсем. Он с лёгкостью улавливал, что пытается донести препод, а ручка писала как по волшебству, будто имея собственную волю. Дело в пробежке? Говяжий стейк? Он быстро свернул глупые размышления. Если бы всё было настолько просто – мир наводнили либо спортсмены, либо обжоры. Но должно же быть хоть какое-то здравое объяснение его работоспособности.
– Есть вопросы? – спросила Лилия аудиторию. – Вопросов нет. Мне тут на ум пришла одна идея, касаемо домашней работы. Задавать Вам переводы текстов и заучивание слов – пустая трата времени. Всё равно выкрутитесь. Лучше сходите в кафе иностранной кухни. Без разницы какой.
С третьей парты поднял руку какой-то толстяк с красным и потным лицом. Лилия продолжила:
– В кафе, Вам нужно будет сделать заказ на английском и поговорить с официантом. Языки ближнего зарубежья оставьте для овощных рынков. Только английский.
Рука медленно опустилась.