Занеся кулак над дверью, Артём растерянно взглянул на пустующую парту главы учебного совета. Таню опять вызвали разбираться с абитурой, и вызвать Габриэллу Ивановну по внутренней связи пока некому. Тех кто ломится в дверь без спроса, ректор вежливо посылает глубоко и на три буквы, но раз сама сказала прийти, то придётся действовать решительно. Стук по дереву получился слишком робким, чтобы расслышали хотя бы в паре метров. Артём уже собрался уходить, после обеда попытает удачу снова, но с той стороны ответили:
– Таня, ты совсем глухая? Я же сказала, у меня совещание!
Артём решил, что беспокоить ректора, идея сомнительная и быстрым шагом двинул по этажу. Голос ректора догнал в спину с удвоенной силой.
– Артём, если это ты, то пришёл как раз вовремя. Заходи.
Путём нечеловеческих усилий, открыл ненавистную дверь.
– Лилия Алексеевна? А Вы что здесь делаете?
Миниатюрная учительница английского, застенчиво жмёт коленки перед столом ректора. Сквозь тончайшее оранжевое платье видно кружевное бельё. Полоска молнии начинается от лопаток и врезается в середину ягодиц. В остальном, Лилия выглядит как самая обыкновенная школьница на экзамене. Глаза умные, а сказать ничего не может.
– Мы тут твоё отчисление обсуждали, – серьёзно сказала Габриэлла и потушила сигарету о пепельницу. В накативших серых клубах, её лицо сделалось дьявольски сексуальным. – Поздравляю Артём. Зачётку сдашь Тане. Завтра. Сегодня на тебя нет времени.
– Постойте, – вмешалась Лилия, – но я на другое рассчитывала.
– Разве? Не ты ли мне минуту назад говорила, что надо наказать его как следует?
Лилия уткнула взгляд в пол, проговорила невнятно:
– Дополнительных вечерних занятий вполне достаточно. У Артёма большие проблемы с языком, но есть потенциал к росту, – добавила, странно взглянув на него из под очков.
От голубизны её глаз, Артёма бросило в жар. Сам не понял, как его спина уткнулась в преграду. Прямоугольная доска на пол кабинета качнулась, и вместе с ней зашатались десятки дипломов в рамках. Под верхним краем, на магнитиках держится надпись: “Учитель Высшей Категории”. У Артёма сердце провалилось в трусы. Ещё бы чуть-чуть и студенческой жизни пришёл незавидный конец. К счастью, взгляд Габриэллы полностью сосредоточился на Лилии.
– А опоздание? – спросила ректор раздражённо.
– В тот раз, он вошёл во время звонка.
– Это уже не первый случай. – Ректор встала со стула и поигрывая указкой, подошла к Артёму.
– Дополнительные занятия, это слишком мягкое наказание за систематические прогулы. А может, тебя определить мою “БИЧ бригаду”?
– Тогда лучше отчисляйте. Не поймите меня неправильно, но заставлять парней работать, шантажируя отчислением, это подло. Да, я всё видел и не смотрите на меня как кобра на мышь.
– Ах ты засранец неблагодарный. – Указка свистяще взметнулась вверх.
– Не слушайте его! – Лилия загородила Артёма собой.
От неожиданности, он дёрнулся. Пальцы по инерции ухватились за первое попавшееся. Лифчик выстрелил в потолок блестящей застёжкой, а молния раздались в стороны. Белое тело Лилии, раскрылось как созревший цветок. Артём всё понял ещё в падении. Глаза округлились, когда обе красные чашечки, обрамлённые кружевами, повисли на ладони. Доску почёта “Учитель Высшей Категории” повело. Одна из опор с треском переломилась, и вся конструкция, вместе с Артёмом, шмякнулась на пол. Вставая по скомканным дипломам, он увидел порозовевшее лицо Лилии Алексеевны. Её узкий узкий локоток тщетно пытался прикрыть хотя бы часть левой груди. Правая, нацелилась в Артёма острым кончиком, будто намекая: ”Ни с места, а то буду стрелять”.
Губы Габриэллы надулись, она стала похожа на голодную хищную рыбу.
– Я… Я… Ты…
Артём торопливо взглянул на часы.
– О, совсем забыл. Мне ведь на занятия пора. Не хочу опять опоздать.
– Да иди ты уже! – выкрикнула Лилия.