Под пальцами Влада звякнули гантели. Он взял по одной в каждую руку. Артём невольно засмотрелся как напряглось сухое тело молодого греческого Бога, где под бронзовой кожей нет ни грамма лишнего жира. Гантели медленно поднимались к груди. В верхней точке, бицепсы раздулись почти вдвое. Внутри них, будто росли и перекатывались бильярдные шары.
– Тяжело в учении – легко на работе, – с натугой сказал Влад, глотая воздух. С золотых волос, на резиновый пол срывались крупные капли. – По уговору, ты должен выполнять всё, что скажу.
Артём помолчал, дожидаясь пока Влад закончит подход.
– Его пора отменить.
– А что так? Надоело меня слушать?
– Нет. Просто теперь я и сам справляюсь с учёбой. С соседками тоже нашёл общий язык.
Гантели грохнулись под ноги, Влад занялся скручиваниями.
– Хорошо. Я и сам хотел предложить. Но напоследок, позволь помочь ещё раз.
– И чем же? Меня всё устраивает.
– Я знаю способ, как раскрутить Еву и Катю на тройничок.
Артём соскочил со скамьи, не в силах контролировать обнажённые картинки в голове.
– Сразу с двумя? Невозможно!
– Скажу больше, это случится сегодня. На вечер я забронировал кальянную. Так что, купи презервативы и всё такое. В общем, подготовься.
– Наверное, это уже слишком, – вернулся Артём к реальности. – Извращенство какое-то.
Влад похлопал его по плечу.
– Бросай ломаться. Ты же не сорокалетняя девственница. Такой шанс выпадает раз в жизни. Вот, держи. – Он извлёк из шорт золотую карточку. – Заказывай всё, что душе угодно.
– А Курасака?
Влад почесал квадратный подбородок.
– С ней спать не обязательно. Но дело твоё конечно. Как по мне, она на любителя.
– Да я о другом. Я хочу и её пригласить.
– Не советую. Может всё испортить. Ты же знаешь, какой у неё характер. А нам надо, чтобы наверняка.
– Нам?
– Ну, тебе. Какая разница.
***
Артём открыл дверь. Протискиваясь между парт, из аудитории выбрался застоявшийся воздух. Аудитория шумела. Пока не прозвенел звонок, студенты говорили о предстоящих выходных, сдвигали головы, чтобы посмеяться пошлым шуточкам. Некоторые, облокотившись о подоконники, ловили лицом слабый уличный ветерок. Сплит обещают поставить на следующий год. Само собой – врут. Так было и в прошлом, и в позапрошлом. Но когда каждый раз слышишь одно и то же, вместо обещаний, начинаешь ценить в людях поступки. Остальное, всего лишь сладкое враньё.
Артём потянулся к верхней пуговице. Оказывается, уже расстегнул. Пока шёл мимо кафедры, едва не сломал себе шею, увидев бодрый зад Лилии Алексеевны. Мел в её тоненьких пальчиках старательно выводит на доске загогулины. Тоненькая белая ручка потянулась ещё выше, отчего под не менее белой блузкой обнажилась полоска талии. Она будто создана, чтобы взяться двумя руками и подтянуть к себе. Даже выемки под большие пальцы имеются. Артём ощутил резкую потребность в искусственном дыхании рот в рот и желательно, с языком. Чтобы отвлечься от небольших валиков на боках, заставил себя читать надпись на чужом языке. Наверняка что-то важное, раз так долго и упорно пишет. “Какое к чёрту порно? – упрекнул себя”. В этот раз, инстинкты взялись за дело всерьёз. Титанических усилий стоило оторвать взгляд от коротких кожаных шортиков обожаемого учителя. Лилия будто специально одевает на размер меньше, чтобы провоцировать у группы слюноотделение.
Пока шёл к своей парте, за стенами протяжно зазвенело. Студенты хаотично пришли в движение, как подогретые в реторте атомы. Загремели стулья, зашелестели наспех открываемые конспекты. Закончив наконец писать, Лилия повернулась к группе.
– Сегодня у меня нет настроения выслушивать Ваши дурацкие оправдания. Времени было предостаточно. Оценка за домашнюю работу пойдёт в зачёт.
Её небесно-голубые глазки быстро забегали по рядам, подмечая лентяев и прочих неблагонадёжных. С кафедры прекрасно видно, кто в телефон шпилит, а кто нагло спит, прикрывшись учебником. В конце семестра, неудачники целыми косяками попрут на пересдачу. “Всё-таки не зря выбрал учиться на преподавателя” – подумал Артём мечтательно. В перспективе, можно неплохо заработать. Выгодный бизнес. Видя, что взгляд училки снова остановился на нём, Артём достал располневший за неделю конспект, больше похожий на потрёпанную бухгалтерскую книгу. Восстановленный, хоть и немного рваный, он просто обязан вызвать у Лилии хоть толику уважения. Пусть думает, что еженощно листал, старался запомнить собственные нечитабельные каракули. Но лучше бы забыла, что видел её голой. Артём медленно закрыл глаза, потом так же медленно открыл. Развидеть Лилию без одежды теперь попросту невозможно.
В первых рядах мелькнули, и затерялись среди причёсок, хвостики Курасаки. На занятиях, она совершенно другая. Редко заговаривает первой, а одевается едва ли не скромнее иранской школьницы. Артём сделал вид, что погрузился в чтение, хотя взгляд его то и дело возвращался к Даше.
– Итак, – холодно сказала Лилия, – кто первым порадует любимого учителя домашней работой?
С передних парт взмыли несколько рук, но Лилия оставила их без внимания. Почувствовав неладное, задние парты нервно зашевелились. Артём весь сжался, предчувствуя что назовут именно его фамилию. Для маскировки, поднял конспект перед собой.
– Ладно. Пройдёмся по должникам. – Лилия открыла журнал. – Ага, вот. Три пропуска, две тройки и одна задолженность. Дарья Курасака.
Впереди, поднялась девушка в скромном бежевом платье. Артём даже засомневался, она ли, но девушка заговорила знакомым голосом:
– Вчера я ходила в "Банзай". Вот.
По аудитории пронеслись смешки. Многие бывали в центре и знают, во сколько обходится заказать столик в одном из лучших суши-баров. Лилия уместила подбородок на кулачке.
– Не дороговато для студентки?
– Люблю японскую кухню, – пожала плечами Даша. – Ничего не могу с собой поделать.
– Странный выбор. Ладно, считай я тебе почти поверила. Чек остался?
– Нет. – Даша опустила голову.
– Хоть бы врать научилась! – выкрикнул кто-то.
– Точно, – подтвердил другой. – Боится признаться, что весь день дома провалялась, а про «Банзай» – нафантазировала. Да и кто такую замухрышку пустит?
Артём внимательно слушал. Сам не заметил, как пальцы собрались в кулаки, а вперёд выдвинулись белеющие костяшки. Дать бы умнику по роже, чтобы знал своё место. Никто не смеет обижать его девушку. Мысленно осёкся. Даша ведь не его девушка, и не подруга. У них даже секса не было.
– Для положительной оценки, мне нужны хоть какие-то подтверждения, – сказала Лилия. – Садись, Курасака. Два.
Она подтянула журнал ближе. Кончик перьевой ручки завис в воздухе, когда в конце аудитории громыхнул стул.
– Мы ходили в «Банзай» вдвоём, – сказал Артём поднимаясь. Уверенным шагом, он миновал умолкшие ряды, остановился перед учительским столом. – Вот чек, – положил на учительский стол скомканную бумажку. – Лилия Алексеевна, Вы бы видели глаза той официантки, когда Даша без акцента заказала вот это вот вино.
Лилия развернула, глаза округлились по пять рублей:
– Я думаю, дело здесь не в акценте. Почему сразу не призналась, что у тебя такой замечательный парень? – обратилась к Даше.
– Мы просто приятели. – Даша уронила взгляд. – Ничего больше.
У Артёма сжалось внутри. Она права. Слишком разные характеры и увлечения, чтобы считаться парой. Ему больше нравятся компьютерные игры и книги, а ей по душе косплеить персонажей манги и аниме.
– Если просто, то ладно. – сказала Лилия, хитро улыбнувшись Артёму. Обоим по четвёрке.
После звонка, Даша нашла Артёма напротив аудитории. Он облокотился спиной о подоконник и с задумчивым видом копался в папке. Свет из окна окутывал его голову оранжевым нимбом.
– Как палец? – пристроилась рядом.
Артём взглянул туда, где ещё вчера был бинт, а теперь появилась ровная чёрная полоска.
– Пустяки. До свадьбы заживёт. – Улыбка вышла натянутой.
– Спасибо, что вступился. Это было, неожиданно. И приятно, – добавила тише.
– Послушай Даш, я должен перед тобой извиниться.
– За что? Ты же меня спас.
– Теперь все в группе знают, что мы общаемся. Это может отразиться на твоей репутации в институте. Ты же знаешь, что обо мне говорят. И это в основном правда.
– Думаешь, мне интересно мнение кучки самовлюблённых придурков?! – Брови Курасаки угрожающе сдвинулись. – Пускай болтают за спиной что вздумается. Мне всё равно.
– А мне нет, – сказал твёрдо. – Мы должны прекратить общение. Я знаю, о чём говорю.
– Дурак! – Даша толкнула Артёма в плечо.
Он уронил папку, а когда поднял голову, её виляющие бёдра расталкивали первокурсников у лестницы.