Багратион с толпой отправился в кузницу, где на сотне добровольцев примеряли доспехи и мечи. Убедившись, что всем всё подошло, Терентий скомандовал минутную готовность.
Ни репетиций, ни нормального плана, а может Багратион просто всё упустил из-за опоздания на собрание, о котором не было объявлено. Действуют быстро и решительно, пока информация не дошла кому надо.
Багратион взглянул на Элианну, надевавшую шлем. Доспех не выделял её на фоне других, разве что в плечах был несколько уже.
Где-то сотня человек построилась перед местом, где должен открыться портал. И тут Багратион заметил остальную сотню, сидящую в клетках. Ту сотню, которая не подняла рук.
Багратион упустил момент, когда Терентий открывал портал, а просто забежал с толпой в портал.
Они появились во внутреннем дворе замка, а не за стенами, как планировалось. Двое сразу рванули к входу в стене, чтобы убить стоящих там стражников и опустить ворота. Остальной отряд выдвинулся к входу в замок.
Но вдруг из всех помещений и щелей повылезали стражники с рогами, и началась бойня. Стража лезла отовсюду, Багратиона били со всех сторон, но его броню, как и всех других мятежников, ничто не брало, а мечи резали металлические латы стражников словно масло.
Вымощенная камнем площадь заливалась кровью. Багратиону стало плохо, но шлем он решил не снимать, потому что если он увидит полную картину – его явно стошнит.
Элианна крутилась как юла и резала стражу, будто это для неё привычное занятие. Прыгая с ноги на ногу, она продвигалась куда-то вперёд. Не понятно, как в таком темпе она опознавала кто перед ней, ведь дизайн брони, если так можно выразиться, сильно не отличался, а рог легко не успеть заметить. И тут Элианна всё же налетела на одного из захватчиков замка, ударив его по спине. Тот повалился, а сзади его нагрудника осталась глубокая вмятина. Как такая хрупкая девушка могла оставить такой след?
Стража, будто коршуны, налетели на упавшего война и пытались его добить. Но Элианна вместе с парой человек расправилась с теми, кто жаждал лёгкой крови.
Багратиону становилось всё хуже, но он продолжал рубить недругов, попутно ударяя своих и получая удары от врагов и союзников.
Наконец последний стражник был убит. Теперь, вместо камня, площадь была вымощена телами стражников, а кровь не успевала уходить в промежутки между камнями. Багратион огляделся, увидел Элианну, всю в окровавленных доспехах, благо, хоть кровь не её. Посмотрев на двери замка, Багратион увидел Терентия, который с группой где-то из 50 человек уже штурмовал замок. Багратион, Элианна и ещё 5 задержавшихся мятежников выдвинулись за ними. В этой адской мясорубке они не потеряли и половины солдат. Историки, которым доверять не рекомендуется, утверждают, что во время Мясорубки перед Замком со стороны захватчиков погибло всего 29 человек из 93, а стражников насчитывают 10 000.
Внутри замка уже были выстроены стражники, занимающие всё свободное пространство церемониального зала. Откуда у короля столько людей?
Началась очередная резня, ничем не отличавшаяся от битвы во дворе, разве что, ссылаясь на историков, погибло 13 среди захватчиков и 5 000 стражи.
Багратион, Элианна и Терентий на удивление всё ещё были живы, хотя и сражались наравне с остальными. Они вместе с оставшейся половиной войска выдвинулись вглубь замка. Там стражи было не так много, по оценкам историков внутри оставалось где-то 3 000 человек короля, которым удалось убить лишь 5 захватчиков. Таким образом, по мнению историков из мятежников осталось в живых лишь 46 человек, хотя по запискам Терентия, учитывая скончавшихся от ран уже в подвале-героде, в живых осталось 49 из 103 добровольцев.
Багратион пробирался вглубь замка в одиночестве. Кровь стражников уже пропитала его одежду. Он шёл медленно, проверяя комнату за комнатой. Впереди была развилка. Багратион подошёл тихо. Заглянув за угол, он тут же получил удар снизу вверх прямо под шлем, от чего тот слетел с головы и, разбив витражное стекло, упал во двор.
Стражник, не воспользовавшись смятением Багратиона, начал избивать его и без того мятую кирасу. Наконец, Багратион пришёл в себя и расправился со стражником.
Нагрудник и намертво прикреплённые к нему наручи пришлось снять, так как те были помяты до состояния, когда воин становится лёгкой жертвой. Багратиону жалко было с ними расставаться, ведь в окровавленной одежде в замке находиться довольно холодно.
В оставшихся железных штанах на лямках и сапогах из второсортного металла, но всё ещё более прочного, чем у людей короля, Багратион вошёл в комнату, где были двери и окна, выходящие на стены, где шла бойня.