После очередной лекции иду к шкафчику, чтобы положить книгу и взять другой учебник. Мимо меня проходит Логан с Ризом, и это заставляет меня задержать дыхание.
Риз улыбается мне, а Логан даже не смотрит в мою сторону. Все эти дни, а точнее больше месяца, всё наше общение с Логаном свелось к минимуму: "привет" и "пока", сухо и коротко. Я пыталась с ним поговорить, даже извиниться, но он всегда уходил не оборачиваясь, не давая мне всё толком ему объяснить. Иногда наши взгляды встречались, но он сразу же отворачивался. В такие моменты мне хотелось, чтобы земля разошлась у меня под ногами и я с треском провалилась вниз, стирая из памяти все воспоминания о нём. Но увы, память не имеет свойство обновляться, а я вызывать катаклизм.
Поначалу я держалась гордо, думала он первый сделает шаг в мою сторону. Потом я начала потухать, угасать и вся моя решимость резко сошла на "нет". Но Шани продолжала уверять меня, что нужно бороться. Что я и пытаюсь посей день. Я так по нему скучаю, но его лицо всегда каменное, без эмоциональное, а взгляд его таких прекрасных глаз всегда холодный, как лёд.
Риз останавливается возле меня, пропуская друга в перёд.
— Эни, — говорит парень, делая ко мне шаг, — ты просто обязана прийти на стадион и посмотреть, как мы надерём им зад. — Показывая пальцем на парней, которых я впервые вижу, говорит он. — У нас футбольный матч с ними. — Добавляет он, видя мою растерянность.
Нервно тереблю кулон в руке, думая, что это уже будет чересчур, я и так практически преследую Логана. И да, я так и не смогла вернуть ему подаренный кулон, всё время перенося или откладывая это на завтра. Просто мне так хочется оставить, что-то от него. Как сказал сам Логан, что этот кулон будет напоминать о нём. И он не ошибся.
— Извини, но у меня практическая работа, а потом подготовка на сдачу курсовой. — Вру я.
— Очень жаль, но если что звони, вечером отметим, я уверен, ты всё сделаешь на отлично. — Он подмигивает мне и уходит. Стараюсь выдавить из себя улыбку и киваю в ответ.
Достою учебник из сумки и заталкиваю её в ящик. Закрывай дверцу и чувствую на себе пристальный взгляд. Поворачиваюсь и вижу приближающуюся ко мне Карен, с мерзкой улыбкой на лице.
Карен новенькая, переехала в Базильдон из Колумбии два месяца назад и теперь почти лучшая подруга Мелиссы. Она не красавица и это я ещё мягко сказала, но из очень богатой и влиятельной семьи. Ни какой макияж, ни какие брендовые шмотки не могут скрыть её уродство. Причём как снаружи, так и изнутри.
От таких, как Карен и Мелисса, ничего хорошего не жди. Подлость, хитрость и слабоумие - вот их конёк.
Она подходит ко мне, кидая на меня оценивающий взгляд. Всем своим видом стараюсь показать не заинтересованность, но такие персоны не часто удостаивают меня своим вниманием, что не может не радовать.
— И что тебе надо? — с отвращением и одновременно с любопытством, произношу я.
— Да так, — усмехается она, скрестив руки на груди. — Хотела лично посмотреть жива ли ты после...
— После чего? — перебиваю я.
— После, как Картер трахнул тебя и бросил. — Карен запрокидывает голову назад и начинает громко смеяться. — Знаешь, — продолжает она, — я слышала много таких историй, ну типа "она его безумно любит, а он её просто трахает", но твоя смешнее всех.
— Это не твое дело. — Хочу броситься на неё и разодрать ей глотку, вырывая из её пустой головы, по клочку рыжих волос. — А знаешь что, — задыхаясь от злобы рычу я, — тебе это простительно. Когда чердак ржавый, то и в подвале всегда мокро.
— Да? О-о-о. — Затягивает она, как будто вспомнила только что, что-то по-настоящему очень важное. — Ну, тогда надо обязательно сказать Логану, чтобы перестал рассказывать Мелиссе подробности. — "Этого не может быть, он бы никогда так со мной не поступил", — сжав кулаки, убеждаю саму себя. — Мой ржавый чердак точно запомнил все подробности, — улыбается девушка, — конечно мне тебя жаль, но ты же должна знать, что думают про тебя остальные, а то, как-то не честно получается, — смеётся она. — Так вот, Логан рассказал нам, какое ты окаменелое бревно в постели, что резиновая женщина и то более эмоциональнее и громче тебя. Между нами девочками, — Карен опускается к моему уху. — Это большой позор, — шепчет она.
От её слов и яда во мне огромным пламенем полыхает гнев, плавно перетекая в ярость. Ноги трясутся и я чувствую тошноту. Во мне, как будто все горит, каждый раз выкидывая в кровь большую дозу отвращение к Логану. Как он мог? Чувствую, что слёзы уже на финишной прямой. "Нет" — приказываю себе, — "ты доставишь этой сучки ещё больше удовольствия."