Закрываю глаза и представляю себе ясное, голубое небо с палящим солнцем, белый, горячий песок и прозрачно – березовую воду океана. Как мы вдвоём, обнаженные, занимаемся любовью на берегу. Как его руки, заставляют меня извиваться под ним. Как его жадный до поцелуев рот, поедает мои всхлипы удовольствия. Как к нашим потным телам, липнет песок, а нашу кожу согревает солнце.
— Святые небеса, — тяжело сглатывая, произношу я.
Эти мысли заставляют меня вздрогнуть. Заставляют меня чувствовать лёгкое головокружение, вызванное моим возбуждением и приятную тяжесть в низу живота. Господи, о чём я только думаю? Ведь он обидел меня, снова, но я продолжаю мечтать о нём. Как вообще можно так глубоко залезть человеку в голову, как это сделал он? Даже после всех его дерьмовых слов, его имя я говорю с придыханием. Его образ посылает мурашки по всему телу, заставляя его ожить и встрепенуться и все мои мысли о нём. А что самое страшное, так это то, что мне нравится думать о нём, нравится представлять нас вместе. Нравится думать, что это не конец, а начало чего-то большего. Я как садомазохистска, сама рвусь туда где будет больнее всего. Вздыхаю и приказываю себе уснуть, ведь лучше видеть его, чем представлять.
— Подъем, просыпайся. — Треся меня за плечи, кричит Шани.
Открываю один глаз, искренне не понимая в чем дело.
— Сколько время? — сонно говорю я.
— Девять утра. — Раскрывая шторы, отвечает подруга.
— Какого черта? — хриплю я, — убирайся из моей комнаты. Немедленно. — Кутаясь в одеяло с головой, говорю ей.
— Нет, вставай и иди в душ, а то душ придёт к тебе. — Стягивая с меня одеяло, смеётся подруга.
Я открываю глаза и морщусь от света, потом потираю их и принимаю сидячие положение.
— Если ты разбудила меня в такую рань не из-за пожара, наводнение или апокалипсиса, то тогда беги.
— Ну почти, — смеется она. — Новый год, а у тебя из продуктов хлопья и сыр. Надо бы прогуляться в магазин. Давай собирайся, я на кухне.
Я принимаю душ, сушу волосы. Одеваю чёрные джинсы и тёплый свитер крупной вязки. После спускаюсь на кухню, где во всю хозяйничает подруга.
Она выглядит так бодро, свежо и весело, как будто вчера просто не наступало. И в глубине души я рада, но понимаю, что это всего лишь её притворство, чтобы не вызывать жалости к себе.
— Только пожалуйста, не надо на меня так смотреть, как будто мой дом вчера взорвали. — Поймав на себе мой взгляд, предупреждает Шани.
— Вот скажи мне, как тебе это удается? Так быстро приходить в себя? — забирая у неё дымящуюся кружку с кофе, спрашиваю я.
— Ты же знаешь, я не могу долго грустить, ну по крайней мере трезвая. — Улыбается она.
В супермаркете ажиотаж. Все носятся из отдела в отдел, забивая свои тележки продуктами и различными, новогодними сувенирами.
Купив все необходимое, а скорее самые любимые продукты, мы направляемся к Шани домой. Где они с Полам, оставили заранее приготовленный алкоголь, для вечеринки в честь нового года, которая теперь отменена. Так она решила начать свою месть, забирая у него то, что он по-настоящему любит. Во всяком случае, она так считает. Даже боюсь представить, что она заберёт у него следующие.
— Господи, зачем нам так много? Ты с ума сошла, нас только двое. — Говорю я, пока она выставляет бутылки на стол.
— Ну а что? Нам готовить, — указывая пальцем на три бутылки белого вина, ухмыляется Шани, — а потом отмечать. —Указывая на текилу и ром, уже смеется она.
Возвращаемся ко мне и принимаемся заготовку. Шани открывает бутылку вина.
— В два часа дня? Ты уверена? — выгнув бровь, спрашиваю её.
— Да, ты права, — вздыхает подруга. — Ещё рано. — Всовывая пробку обратно, говорит она.
— Чертовски рано, — смеюсь я.
— Ну выкладывай, что там у вас с Картером? Вы помирились и теперь у вас всё хорошо?
— Нет, — качаю головой, — мы договорились не видеться до Греции. Он столько дерьма мне наговорил, что мне тяжело его простить, по крайней мере сейчас.
— Греция? — восклицает Шани.
— Ага, — улыбаюсь я и закидываю маленький кусочек моркови в рот. — Это его подарок на Рождество.
— Гавнюк гавнюком, а знает что дарить, — улыбается она. — А что он наговорил?
— Он был пьян, — сразу предупреждаю подругу, — но это всё равно не оправдывает его.
— И?
— Сказал, что я переспала с Ризом. Причём очень жёстко сказал, а если ещё точнее, то обвинил. — Громко выдохнув в конце, поясняю я.
— Вот мудак. — Вынесла свой вердикт подруга. — Моё предложение кастрировать этого гавнюка, ещё в силе. — Подмигнула мне Шани, — подумай?