— Алло, Шауна ты...
— Где вы сейчас? — не давая мне договорить, спрашивает она.
Её голос подавлен и расстроен. Сердце ёкает пропуская удар, и тревога посылает импульс в мой мозг.
— Эм... — я огляделась по сторонам. — На Риджинт–Стрит, уже почти у Квадранту.
— Это недалеко, через сколько вы сможете приехать в больницу Святого Томаса? — я пожимаю плечами, как будто она может меня видеть. Господи, да что произошло?
— Через сколько мы сможем подъехать в больницу Святого Томаса? — шёпотом спрашиваю я у Логана.
— Это которая на Сент–Томос–Стрит? — я киваю. — Через пятнадцать - двадцать минут. — Также сухо произносит он.
— Через....
— Я слышала, — перебивает Шани. — Эни, пожалуйста только не нервничай... — она замолкает, но её тяжелое дыхание отчётливо слышится в динамик. — Чёрт. —выругалась она. — Эни... — Шауна глубоко вздыхает, — Эни, твой отец в больнице.
Не помню, как доехали до больницы. Всю дорогу я тихо плакала, закрывая лицо руками и сдерживая громкие всхлипы. Я мысленно молила бога, чтобы все было хорошо, чтобы с моим папой, всё было хорошо. Так как подруга не объяснила мне, что именно произошло и, как долго он уже находится в больнице, в голове я перебирала, что могло произойти.
Авария – нет, он прекрасно водит.
Драка – нет, он самый спокойный и рассудительный человек на планете. Он считает, что кулаками ничего не решить, а словами можно не только решить проблему, но и дать ясность ситуации.
Инфаркт, инсульт – нет, нет и ещё раз нет. Конечно он уже не молод, но постоянно держит себя в тонусе, благодаря пробежкам и здоровому питанию.
«Ожог, укус, перелом, отравления.... Господи, пусть это будет ушиб. Простой, банальный вывих или ушиб», - молила я.
Серое, длинное здание в семь этажей и с множеством окон, заставляет меня вспомнить, самый страшный день в моей жизни. Именно в этой больнице умерла мама. Закрываю и открываю глаза, пытаясь успокоить свои нервы, но это невозможно. Оглядываюсь. Шауна стоит возле входа, нервно поглядывая на телефон. Я поспешно утираю слёзы и начинаю выходить из машины.
— Хочешь я пойду с тобой? — голос Логана тихий, почти что шёпот, а в глазах читается отчётливое чувство вины.
Покачав головой, я даю ему отрицательный ответ, закрываю дверь и почти бегу к подруге, продолжая молить бога, чтобы с отцом всё было хорошо. Потерять его – это умереть до конца. Так как наполовину, я уже умерла два года назад. Наверное я просто не перенесу, такой огромной, второй потери в своей жизни.
С каждым новым шагом ко входу в больницу, дышать становится всё тяжелее, а желудок противно скручивает судорога.
— Эни, мне так жаль. — Подойдя к подруге, она сразу обнимает меня.
— Что... что случилось? — заикаясь произношу я.
Мы заходим в больницу и подходим к лифту.
— Ваш дом ограбили, а твой отец находился дома в этот момент, — продолжая быстро нажимать на кнопку вызова лифта, проговаривает Шауна. — Мне позвонила миссис Купер, твоя соседка, что постоянно угощала нас пирогами, — я киваю, давая ей понять, что поняла о ком идёт речь. — Она, — Шани грустно вздыхает. — Она искала тебя, сказала, что слышала выстрел из твоего дома и вызвала полицию.
Я начинаю задыхаться, когда слышу слово "выстрел". Голова кружится, в глазах темнеет, и когда двери лифта открываются я влетаю в кабину, ища опору, чтобы не упасть. Слёзы непрерывно текут по щекам, а желудок выворачивает наизнанку в невыносимой боли.
Душевная боль, которая пронзает меня на сквозь, несоизмерима с настоящими ранами на теле. Я не могу с этим справиться, не могу бороться с болью. Ощущаю себя слабой и разбитой, а внутри всё сжимается, и выкручивается на изнанку.
"Папочка, мой любимый папочка", - крутится в моей голове. Хочу кричать, реветь на всю больницу, но сдерживаю себя. Я должна быть сильной, сильной для него, для папы.
— Когда? Когда это произошло? — всхлипываю я.
— На второй день, как вы улетели, я....я пыталась до тебя дозвониться... — она резко замолкает и смотрит в пол, потом поднимает свой взгляд на меня, полный боли и сострадания. — Но, не смогла. — Её голос пропитан сожалением, а глаза блестят от слёз.
Я глубоко вздыхаю, когда двери лифта расплываются передо мной, делаю шаг вперёд и смотрю на огромную белую дверь.
"Хирургическое отделение", гласит табличка на больших дверях четвёртого этажа.
Посередине длинного, больничного коридора расположен пост медсестры и я прямиком направляюсь к нему.
— Эни Хатчер, я...я дочь Марка Хатчера. — Нервно проговариваю я.