А вот мы поступаем в один университет, Эни грустит и надувает свои сочные, алые губки, когда я говорю ей, что первые пол года нам придётся жить отдельно, так как этого требует законы учебного заведения.
Картинка быстро сменяется в голове. И вот, я снимаю повязку с прекрасных каре-зелёных глаз Эни, стоя в дверном проёме маленькой квартиры. Нашей совместной квартиры. Эни смеётся и плачет одновременно. От радости. От счастья. А если счастлива она, то и я счастлив. Притягиваю её к себе, она обвивает мою шею своими тонкими ручками, придвигая меня всё ближе к своим губам и я упиваюсь её вкусом, и ароматом.
Смена кадра и мы уже в супермаркете.
Эни кидает в меня шоколадным батончиком и убегает, крича, что на ужен будет лазанья и ни какой пиццы, при этом громко смеётся, радуясь тому, что попал мне по лбу шоколадкой.
Она такая красивая, довольная и счастливая. Она улыбается и я не могу не схватить её за руку, когда она хочет достать молоко из большого холодильника, и не прижать её к себе. Не могу не поцеловать Эни. Она морщит свой маленький носик, как будто не хочет этого, но только сильнее прижимается ко мне. Моя Эни.
Сейчас мы дома и это уже не маленькая квартирка, а наш большой дом. На заднем дворе много людей, я и половины не знаю, но мне всё равно, я счастлив стоя в окружении своих друзей и коллег, и делая барбекю. Эни с подругами и соседками на веранде, возле бассейна накрывает на стол. Я любуюсь, как её аппетитная попка виляет из стороны в сторону, когда она разлаживает приборы на столе. Она резко поворачивается и посылает мне воздушный поцелуй, как будто она точно знала, что я слежу за каждым её движением. Я смотрю на её раскрасневшиеся лицо от того, что она устроила мне маленькое шоу в присутствии стольких свидетелей, а потом медленно виду свой изголодавшийся взгляд по её телу и у меня чешутся руки от неистового желания прикоснуться к ней. Груди сильно выделяются в этом сарафане, но скрывают миленький, пока ещё маленький животик моей жены.
Я опять возвращаюсь к её лицу, по которому сейчас текут слёзы. Мы одни в этом огромном дворе. Я и плачущая Эни. Она зажимает рот рукой, но её крик просачивается сквозь пальцы и распространяется на всю улицу. Она вытягивает руку и трясясь всем телом, куда-то указывает пальцем. Поворачиваю голову, чтобы проследить на что указывает Эни и чтобы понять, что так сильно напугало и расстроило мою любимую жену, я замираю в оцепенении.
Возле белого, невысокого заборчика стоит Крис и женщина, черты лица которой очень схожи с моим ангелом. Крис вся бледная указывает на меня пальцем, а мать Эни держится за свой живот. У неё кровь. Много крови. Она мгновенно покрывает всю её верхнюю одежду и она тоже поднимает руку, и указывает на меня.
— Жить по совести для тебя не так важно, да Логан, чем жить по собственным интересам? — произносит Крис.
— Он обесценил слово - любовь, дочка. У каждого есть второй шанс, но не каждый может его использовать.
— Это не правда, — кричит Эни. — Он хороший, он любит меня, он любит нас! — гладя живот, через слёзы переубеждала их Эни.
— Ну тогда спроси у него, любит ли он тебя. Давай, — злобно усмехается Крис.
— Я знаю это и он тоже, скажи им Логан, скажи, что они ошибаются. Ну же Логан, — просит меня Эни, но я только молчу. Смотрю, как Эни захлёбывается в своих собственных слезах от моего молчания. Смотрю, как её сердце медленно умирает от моей тишины.
— Логан, посмотри на меня. Логан... — вырывает меня крик Эни в реальность. И горькое осознания того, что в этой реальности к сожалению для меня и к счастью для неё, нет места для нас двоих.
Отчетливая горечь в её голосе, только подтверждает это со сто процентной гарантией, как кислота разливаясь по моим венам, выжигая огромные дыры боли в моём сердце. И только я сам в этом виноват. Я этого заслуживаю. Я, но только ни Эни. Разворачиваюсь и смотрю на девушку, которая наполнила мою жизнь смыслом. Которая научила чувствовать и ощущать. Смотрю на девушку, чью жизнь я почти уничтожил и сейчас доведу дело до конца.
Эни.
— Ты никогда не станешь для меня чем-то большим, — холодным, как сталь голосом произносит Логан, — ни больше чем просто увлечение. Мы слишком разные, чтобы ты могла это понять. Всё что я сказал тебе в своём доме было чистейшей правдой. Наверное, нет это точно, я уже через неделю забуду как тебя зовут. Ты просто смешаешься с образами других девушек в моей голове, и поверь, я не буду страдать от этого. Ты одна из, — тяжёлый, протяжённый вдох, как будто каждое слово произнесённое им ни звук, а острое стекло, которое разрезает его горло и мою душу. — Я не жду слов благодарности за твоё спасения, ведь это моя импульсивность сыграла с тобой злую шутку. — Он стоит в защитной позе: плечи напряженны, руки скрещены на груди, а губы сжаты в тонкую линию, как будто у него их вообще нет. Взгляд холодный, пустой, безжизненный и устремлён на меня. Отчего по моей спине бежит крупная дрожь, а глаза предательски жжёт.