Обняв его за талию, сильно прижимаюсь щекой к его спине. От моего прикосновения его тело вздрагивает, затем расслабляется признавая меня, но через минуту оно превращается в мрамор. Холодный, бездушный камень. Не говоря ни слова, он убирает мои руки, разжимая замок из моих пальцев, и просто выходит из комнаты. И я понимаю, он только что вышел не из моей комнаты, а из моей жизни, тихо прикрыв за собой дверь.
Мне жаль себя. Жаль не за то, что в очередной раз об меня вытерли ноги, а потому что я слишком долго была наивной дурой, которая верила, что радуга разноцветная.
Обняв себя за плечи, я впиваюсь пальцами в кожу, причиняя себе этим боль. Я просто пытаюсь перебить ту, которая сейчас внутри меня. Медленно, так же обнимая себя, я опускаюсь на колени, а затем сажусь на пятки, склонив голову вниз. Слёзы уже, как завсегдатае гости не произвольно и без спросу льются из глаз. Пустота и боль нарастают с каждым долбанным ударом сердца, и я чувствую, что падаю, но не вижу куда лечу. Я нахожусь в свободном от жизни падении. Я тихо умираю внутри.
Мой телефон издаёт сигнал, оповещая меня, что пришло новое сообщение, но мне плевать. Абстрагироваться от всего, не чувствовать вот что я желаю по-настоящему. Стать деревом, камнем, металлом, стать тем, кто не испытывает горечь утраты, кто ни сожалеет о времени, о людях, кто не испытывает ничего. Бей, плавь, замораживай – ничего. Ноль. И я так хочу. Хочу быть глыбой льда или огромным пламенем, красиво в обоих случаях, но бездушно. Замечательно.
— Папа, — всхлипываю я, понимая, что это может быть сообщение из больницы от Эмили.
Ноги отказываются меня держать, но страх преодолевает боль. Страх за отца. Взяв в руки телефон, утираю слёзы, и нажимаю на экран.
Моргаю раз, два, три... Ещё раз перечитывая текст. Смотрю на номер отправителя - он скрыт.
Одеваюсь настолько быстро, насколько позволяет уставшее и всё ещё испытывающее боль тело. " Надо взять машину отца, иначе я не успею", — думаю я, и иду прямиком к гаражу.
«Сегодня я узнаю всё. Ведь именно так гласило то сообщение», - заводя машину думаю я.
«Хочешь узнать правду, через час в порту, возле второго дока.»
56 глава
Добравшись до Лондона в рекордно короткие сроки, я сворачиваю на Сейнт-Пол, а потом на Кэннон стрит и упираюсь в портовые, большие контейнеры. Глушу мотор и быстро выхожу из машины. Холодный, речной ветер продувает на сквозь, заставляя меня засунуть руки в карманы и прижать ладошки к животу. С опаской оглядываюсь по сторонам, и прохожу вглубь порта, через длинный коридор контейнеров разного цвета.
По берегу реки расположены судоремонтные сооружения, резервуары жидкого топлива и непонятные мне маленькие машины, которые наверное служат для погрузки груза на корабли. Оглядываюсь, ища хоть какой-нибудь указатель. На старом деревянном домике с тонкой лестницей, весит табличка, которая хорошо освещается фонарным столбом «второй док», - медленно читаю я и обхожу ветхую постройку. Темно. Достаю телефон, и ещё раз перечитываю сообщение. «Всё верно», - думаю я, но здесь ничего нет. Тяжело вздыхая прячу телефон в карман, прохожу ещё дальше и слышу голоса мужчин, прячусь за бетонный столб и аккуратно выглядываю, стараясь найти, где находится источник шума. Около
дюжины мужчин загружают или разгружают баржу при этом, они выкрикивают друг другу пошлые шуточки и очень громко смеются над ними. «Это явно ни то, что я ищу», - понимаю я и тяжело вздыхаю, облокачиваясь спиной на холодный бетон. Я совершенно не знаю, что делать дальше и куда мне идти. Что мне вообще нужно искать? Это напоминает квест, который кажется я никогда не пройду. Не теряя надежды, я опять выглядываю и пристально осматриваю периметр.
Моё внимание привлекает две фигуры, которые стоят левее от громких мужчин, но я не могу сказать кто это, тяжело разглядеть в темноте. Максимально бесшумно приближаюсь к ним.
Высокий мужчина в длинном чёрном пальто стоит ко мне спиной, из-за чего я не могу разглядеть его апанента. Аккуратно пробегаю дальше и останавливаюсь возле стены большого длинного ангара, вдоль которого одна на одной стоят огромные железные бочки. Делаю несколько шагов и цепляюсь левой ногой за массивную цепь. Спотыкаюсь и лечу вниз, но во время сориентировавшись, я выставляю вперёд руки, принимая весь удар от падения на ладони.
— Больно, — тихо скулю я, когда левую руку пронзает боль. Быстро встаю на ноги и отряхиваю ладони от мелких камушков.
Несколько ссадин на правой руке и большой порез на левой, который пересекает практически всю мою ладонь и из него идёт кровь. Вытягиваю рукав свитера из под куртки и прижимаю его к порезу, превозмогая жгучую боль в руке, я аккуратно сжимаю её в кулак. «Я точно чокнутая, раз решила приехать сюда в одиночку», - ругаю себя, смотря на окровавленный рукав кофты.