Вернувшись к нему, я беру бутылку пива и сажусь рядом с ним, на мягкий диван.
— У тебя много хороших книг, — кивая в сторону шкафа, говорю я.
— Это мамины, — отвечает он и я слышу нотку грусти в его голосе.
— А твои родители не против, что я здесь? — делая глоток, интересуюсь я.
— Я живу один.
— Один? Но ты же сказал, что книги...
— Да, Эни, один. — Перебивает он.
Я понимаю, что по какой-то странной причине ему не хочется говорить на это тему, но моё больное любопытство уже не угомонить.
— А кто убирает этот огромный дом? И кто готовит тебе? — начинаю я и с опаской смотрю на него, боясь, что он сейчас психанет, и выгонит меня к чёртовой матери.
— В наше время не тяжело нанять горничную через агенство, а готовлю я сам, — он пожимает плечами, — ну или заказываю еду на дом. Это тоже не тяжело.
— И тебе не страшно в таком большом доме, совсем одному? — он усмехается и делает глоток пива.
— Нет, разве тебе страшно у себя дома? — я отрицательно мотаю головой. — Вот и мне, в моём доме не страшно.
— А где твоя семья? — делая ещё глоток пива, спрашиваю его я, понимая, что захожу на опасную территорию.
Когда я произношу слово "семья", его глаза моментально темнеют и превращаются в узкие щелки. И я понимаю, что выбрала ни совсем правильную тактику для разговора. «Господи», - осеняет меня, - «а вдруг он сирота? А тут я, со своими расспросами.» Кровь сразу отхлынула от моего лица, а чувство вины не заставило себя долго ждать.
— Мама живёт отдельно, а отец... — он резко замолкает. — Знаешь, Эни, я не тот человек, который любит откровенничать.
— Я заметила. Ты вообще немногословен, —улыбаюсь я, стараясь разредить обстановку.
Я рада, что они живы и, что мои слова не заставили его страдать.
— Какой есть. — Он смотрит на моё лицо, так пристально, как будто старается что-то разглядеть в нём. Но от этого взгляда, меня бросает в дрожь и румянец возвращается на мои бледные щёки.
Конечно я поняла, что тема связанная с его родителями всё равно ему неприятна. Но вопросов в голове появилось больше. Где его отец? Он бросил их? Тогда прочему его мама живёт отдельно от сына? Почему в таком большом доме, не может ужиться семья? Учитывая, что она складывается из двух человек.
— Может, посмотрим фильм? — предлагает он и встаёт на ноги.
— С удовольствием, — улыбаюсь я.
— Как насчёт ужастика? Просто у меня нет ничего другого.
— Тогда "Паранормальное явление ".
— Какую часть?
— Любую. — Я рада, что мы так легко начали общаться на другую тему.
Несмотря на то, что я видела этот фильм уже много раз, в неожиданные моменты я всё равно вздрагиваю и прижимаюсь сильнее к Логану, утыкаясь лицом ему в плечо, что только больше вызывает у него смех.
После фильма, мы ещё два часа просто болтаем на различные темы. Общаться с ним очень легко и, на удивление, интересно. Оказывается, что у нас с ним много общего. Мы оба болеем за одну и туже футбольную команду "Челси". И одинаково ненавидим "Фулхэм". Он тоже любит ужастики, но в отличие от меня смотрит весь фильм, не закрывая глаза в самые страшные моменты. Он также, как и я, любит пиво и ненавидит скоч. Он также, как и я не смотрел не одной части "Звёздных воин", и также, как и я не хочет их смотреть. Мы оба любим жареную курицу в обезжиренном йогурте и апельсины с солью, горький шоколад с перцем чили и мятой, когда я всегда думала, что только у меня такой извращённый вкус в еде.
Я столкнулась с новым Логанам, неизвестным Логанам.
— Почему ты не можешь быть таким всегда? — опустив глаза, спрашиваю я.
— Каким?
— Общительным, весёлым, добрым.
— Какой есть. — Повторяет он.
— Мне кажется, ты намного лучше, чем стараешься казаться, — решив выбрать тактику "комплимент", говорю я.
— Почему ты так решила? — опять этот серьёзный взгляд.
— Ты сейчас такой открытый, как будто я знаю тебя всю жизнь.
— Может, это ты заставляешь меня быть таким? — а он тоже знает эту тактику.
— Не думаю, что могу иметь на тебя хоть какое-то влияние, — покраснев, проговариваю я. — Уже поздно, я думаю, что пора спать, — пытаясь уйти от темы, лепечу я.
— Пойдём, я покажу тебе комнату, — вставая с дивана и подовая мне руку, говорит Логан.
Поднявшись на второй этаж, он открывает передо мной чёрную, массивную дверь и жестом приглашает войти. Переступаю порог комнаты, и с интересом рассматриваю её. Она исполнена в тёмно-синих тонах с золотистыми цветами на стенах, на полу паркет, остальное тяжело разглядеть и требуется минута, чтобы мои глаза привыкли к темноте. Посередине комнаты стоит двуспальная кровать, она усыпана множеством маленьких подушек. По обе стороны располагаются прикроватные тумбочки, на которых стоят ночные лампы, украшенные белоснежными, вручную расшитыми кружевными абажурами. «Как и наволочки на декоративных подушках», - подмечаю я. В левом углу комнаты, стоит дубовый массивный шкаф, а параллельно ему мягкий пуфик, с туалетным столиком. "Наверное это комната его мамы", — думаю я. Хотя она и выглядит так, как будто я первая, кто останется в ней ночевать. Но глупо так думать, представляю, сколько девушек здесь уже ночевало до меня. Я съёживаюсь от этих размышлений.