Поцеловав отца и пожелав ему спокойной ночи, медленно плетусь к себе в комнату. Надеясь на то, что завтра пройдёт это ужасное ощущение пустоты внутри.
Открываю дверь и понимаю, что больше я не могу сдержать слёз, я больше не хочу их сдерживать. Слишком больно. Слишком много боли внутри меня.
25 глава
Первый день без него.
Выхожу на улицу с надеждой увидеть большой, чёрный джип и оглядываюсь по сторонам. Слёзы сами собираются в уголках глаз и медленно скатываются по моим щекам, когда я понимаю, что его нет.
«Перестань», - приказываю я себе и быстро вытираю непослушные слёзы.
Оглядываюсь ещё раз. Не знаю, для чего я вообще это делаю, но смотрю сначала на право, а потом на лево. Наверное, я просто хочу лишний раз убедиться, что иллюзии в перемешку с наивными мечтами опасная смесь.
Дорога пуста.
Логана нет.
Глубоко вздыхаю, холодный воздух немного помогает, но не настолько, насколько хочется мне. Закрываю лицо руками и мотаю головой, мысленно приказывая себе не плакать. Открываю лицо и выдыхаю, осознавая, что я влюбилась в парня, который медленно сводит меня с ума.
Мысли о нём постепенно съедают, как самый настоящий яд, разрушая меня изнутри. И, что самое обидное, я ничего не могу с этим сделать. Я не могу прервать их непрерывный поток, не могу усыпить свою память, которая отдаёт резкой болью во всём моём теле, когда его образ, как будто издеваясь всплывает у меня в голове снова и снова. И это больно.
«Это можно пережить. Это можно пережить. Это можно пережить», - повторяю я с каждым новым шагом.
Но пустота внутри меня продолжает нарастать и собираться в один огромным ком, который поднимается к горлу, оставляя маленькое, еле ощутимое пространство для дыхания. «Скучать, грустить, тосковать и любить одновременно – это пытка», - осознаю я, идя по улице Рашли. Это наказание, только вот за что?
За то, что у него самые мягкие губы? А может за то, что я постоянно хочу быть в его объятиях? Или за то, что его голос заставляет меня трепетать? А может за то, что я наивно надеялась? Или за то, что я всего этого лишилась?
И когда твоё сознание находится в прострации, пытаясь скрыться от боли, то сердце начинает замещать разум, выкидывая в голову нелепейшие идеи. И это я поняла, когда остановилась в квартале от дома Логана. В нескольких метров от его чёртова дома, в котором я ночевала. Мы ночевали. Как будто сердце сговорилось с памятью и они запустили автопилот.
Быстро разворачиваюсь и бегу в сторону кампуса. «Это можно пережить», - продолжаю повторять я у себя в голове, но мозг отказывается подчиняться командам. Он ищет, хоть какую-нибудь зацепку встретиться с ним. И я знаю, что последней надеждой остаётся только колледж. Но, что я ему скажу? Что влюбилась в него? Таких как я, у него десятки, это глупо. "Он ничего тебе не обещал," — бубнит голос в моей голове. — "Это ты, сама, придумала себе это безумие, а теперь находишься в бессилии", — подхватывает здравый смысл и он чертовски прав, отчего становится только хуже.
Собрав всю свою волю в кулак, я направляюсь в кампус, приказывая себе при этом, ни при каких обстоятельствах не плакать, настырно убеждая себя, что это можно пережить.
В колледже его нет, а Риз избегает меня, весь день. Девчонки подбадривают, как только могут, даже не до конца всё зная, но это не помогает. Ничего не помогает. Я в полном дерьме. Хотя, и выгляжу я не лучше; припухшие глаза после вчерашних и сегодняшних слёз, помятая и разбитая. Как будто по мне, туда и обратно прокатился каток.
Казалось, что лекции длятся вечность, плюс косые взгляды в мою сторону, от которых нельзя скрыться, давят на меня всё сильнее. Всё и все против меня. «Неужели все всё знают, но откуда?» - задумалась я, наспех оглядывая аудиторию. Или отсутствия Логана и мой внешний вид, говорят сами за себя? Очевидно, что так оно и есть.
В кафетерий я не иду. Во-первых: нет аппетита, а во-вторых: там слишком много людей. Решаю пропустить последнюю лекцию и вру преподавателю, что чувствую себя плохо. Хотя подождите, нет, не вру. Это истинная правда.
Домой я иду одна и на автопилоте, попросив подруг не обижаться на меня, за моё столь отдалённое отношение к ним. Мне необходимо побыть одной, считая, что именно одиночество сейчас поможет мне больше всего. Толком ничего не объяснив подругам, я ссылаюсь на то, что не хочу на данный момент вспоминать это снова и, что завтра, выдам им всё под чистую.
Вечер я провожу у себя в комнате, в гордом одиночестве. Мне не хочется: есть, пить и даже двигаться, только дышать, и то через раз. Папа заходит несколько раз и просит спуститься поесть, но я говорю, что плохо себя чувствую, и что я лягу пораньше. В горло ничего не лезет, там ком, который образовался из пустоты и боли. Сейчас они полностью заполняют и насыщают мой организм. Так я и засыпаю, мечтая о Логане.