— Три дня пути, если поспешить. Червоточина стабильная, с близким выходом к месту первой доставки. Но там обычно очередь, — извиняясь закончил доклад Уил.
— А что с автопилотом?
Навигатор разулыбался, одним своим видом показывая, что он сделал всё и даже больше.
— Хорошо, — прервала я его, не дав даже начать, — Как только корабль вылетит в открытый космос, передавай программе управление и идите с Алексом спать.
— Но…— опять заикнулся Уил, но я вновь подняла руку, призывая к молчанию:
— Уильям, оставим демонстрацию твоих навыков на потом, а пока приведи себя в порядок и ложись спать, — неодобрительно покосилась я буйную бороду аж до чёрных кругов под глазами, и неожиданно для себя смачно зевнула.
— По хорошему всему экипажу давно пора отдохнуть, — потерев глаза продолжила я, кажется спавшая не больше получаса. – На входе в червоточину Алекс нужен мне бодрым, а ты — здраво мыслящим. Ты ведь ещё никогда не имел дел с червоточинами?
Уил обеспокоенно покачал головой.
— Вот, а там всё не так просто. Первый выход с тобой рассчитает Алекс, но все последующие будут только на твоей совести, а я спрошу с тебя за каждый лишний час полёта. Поэтому, как только отлетим, иди спать.
Навигатор напряжённо кивнул, зародив подозрение что мой приказ будет проигнорирован и вместо отдыха парень предпочтёт прошерстить все пособия по высчитыванию углов выхода. Я подошла к Алексу, вцепившемуся в штурвал побелевшими от волнения руками:
— Расслабься, дружище, — приобняла я его за плечо, стараясь сильно не отвлекать, но приободрить новоиспечённого пилота. – Ты делал это с Биатой не раз, справишься и без неё.
Алекс не повернулся ко мне, но сведённые пальцы чуть расслабились.
— Когда переключишься на автопилот, проводи Уила до каюты и немного расскажи о туннелях в червоточине, а потом иди спать. Ты отлично потрудился сегодня, — прошептала я ему, и пошла к каютам: настораживала меня тишина в коридорах корабля, ой, как настораживала!
И как оказалось, интуиция меня не подвела.
Эти два, с позволения сказать, самца, тихо мутузили друг друга в моей каюте, предусмотрительно закрыв шлюзы в отсеке. К моменту обнаружения этого безобразия, Азим уже успел разбить Моник бровь и губу, и теперь старательно целился красавчику в нос, видимо задавшись целью испортить тому физиономию. Моник, к моему изумлению, ловко уходил от захватов и прямых ударов, подныривая под руками громилы пирата, и весьма недурственно отмахивался каким—то металлическим прутом с тонким перьевым лезвием на конце, подставляя под удары его рукоять, а остриём разрезая плотную одежду клановца, нанося неглубокие, но видимо болезненные порезы.
— Какого вакуума! – взвыла я так горестно, что оба баламута синхронно прекратили спонтанную драку и сами разошлись по углам.
— Он первым начал! – по девичьи нажаловался Моник, тыча пальцам в сурово сдвинувшего брови пирата.
— Как дети малые, — простонала я и подхватив с полки бордовый костюм Моник, швырнула его хозяину, — Выметайся из моей каюты! Ещё раз застану тебя в своей постели без приглашения – выйдешь в космос, погоду проверить!
Моник обиженно фыркнул, и с видом «неблагодарная, сама прибежишь», виляя голой задницей удалился.
Я рухнула на койку:
— Какого хрена ты творишь, Азим? – повернулась я к всё ещё самодовольно ухмыляющемуся на дверь пирату.
— М—м—м? – видимо, мысли о сладостной победе кляпами в ушах застряли.
— Какого, домкрат тебе в зад, ты полез в драку? Даже не так, с чего ты решил, что на моём корабле имеешь право грубить моим пассажиром? Ты забыл, что уже не капитан?
Азим раздражённо дёрнул краешком губ:
— Эта продажная мразь…-- начал он, шипя сквозь зубы, но я продолжила за него:
— Сто пудово работает на Мистера Гранта и раз так, то может тогда не стоит…
Азим громко заржал, перебив уже меня:
— Да эта шваль подставит тебя в любом случае, разобью я ему смазливою морду или нет! Можешь хоть в постель к нему прыгнуть! – рявкнул в конце.
Я закатила глаза:
— Азим, ты мне не папа что бы следить за моим моральным обликом! С кем хочу, с тем и сплю!
— То есть всё—таки спишь? – неожиданно спокойным голосом спросил пират.
— Сплю, трахаюсь, стриптиз танцую – это моё дело! – подскочила я, взбесившаяся от тихой ревнивой ярости в глазах человека, не имеющего на такие эмоции никакого права.
Желваки на скулах Азима заходили ходуном, а ладони сжались в кулаки. Азим скорчил ту самую рожу, с которой кинулся на меня в космопорту, а мне стало так жутко, что я полезла в карман за брелоком от ошейника, но нажать кнопку не успела – пират сбил меня на койку, выхватив ключ из рук.