— С твоим ростом я бы предложил сделать третью по середине, — выдал он вердикт.
Я фыркнула и откинув его руки направилась к себе в каюту. Спать.
Уважаемые читатели! Если вам понравилось прочитанное, добавляйте книгу в свою библиотеку, чтобы не пропустить продолжения! Нажимайте на звёздочку «мне нравиться» на странице произведения – это бесплатно, и занимает всего секунду, а втору приятно. Пишите комментарии – мне очень важна обратная связь с читателями! Приятного вам дня!
Глава четвёртая. Планета зелёной слизи.
За десять дней полёта до безымянной аграрной планеты я едва не убила весь экипаж, чуть не посидела и была готова выйти с корабля в открытый космос прямо в тапочках. Сдружившиеся за сутки Алекс с Уилом – оказавшимся совсем молодым парнишкой с большими серыми глазами – выносили мозг мне с Азимом и Моник чисто от скуки. Двое последних к злорадной радости дебоширов взяли на себя роли «папы» с «мамой», причём «родители» эти были явно в разводе:
— Мы в трёх часах лёта от маршрута ежедневного патруля Союза, какого хрена вы делаете в гостиной?
— Оставь их, злюка, пусть занимаются чем хотят, сидеть за штурвалом – скука смертная! Милые мальчики, а что вы делаете? Варите? И что вы ва… какого хрена в этой бадье плавают мои ароматические свечи? Для запаха? Я тебе это пойло сам в глотку волью! Кира!
— В этой зоне не превышают скорость даже самоубийцы – здесь проходит пояс астероидов, который патруль Земного Союза ещё и заминировал! Быстро за штурвал, идиот!
— Блестяшка, прекрати орать! У меня от твоего крика мигрень и ранние морщины. Вот видишь, мальчики уже бегут в рубку. Погоди—ка… ты чуешь? Пахнет лавандой и…, и… цветком лотоса? Откуда здесь столько пены? Кира! Эти дегенераты залили пеной гостиный блок!
И так каждый день! Я ходила по короблю от одного очага проказ к другому и чувствовала себя не то провинившейся няней для семьи в разводе, ни то третейским судьёй. Самое обидное, что во всём, что творили Алекс с Уильямом я бы с удовольствием поучаствовала! И в варке грога из ароматических свечей, и в грандиозной стирке двух отсеков «старичка» пенной для ванны. Во всём, кроме…
—Кир, он опять их сменил! – прошептал мне на ухо пилот, подхихикивая.
— Теперь кра—а—асненьки—и—ие, — простонал Уил, зажимая себе рот ладонью. – Блестят как, смотри…
— И кисточки, кисточки в волосах! У соседского пони на ушах такие же висели, помнишь?
Я помнила рыженького, вечно гадящего огромными горками пони мистера Жозефа, от этого смотреть на суровое смуглое лицо Азима с двумя идентичными украшениями на висках было выше моих сил и обняв живот от сдерживаемого смеха, я выбежала из гостиной, оставив недопитый чай.
Оказалось, что добрые родственники пирата после суда успели занести в каюту Азиму не меньше пяти мешков украшений. Теперь каждое утро у нас с ребятами начиналось с того, что друзья подкалывали меня, каким комплектом бижутерии на этот раз попробует привлечь моё внимание бывший капитан? Увещевания, что после запрета обучения любых языков кроме единого для всей империи у разных этнических групп осталось мало способов подчеркнуть свою народность и многие прибегли к самому простому выходу – вспомнили исторические костюмы и украшения их родины, не работали. Огромный угрюмый мужик, увешанный цветастыми бусами в шесть рядов с костяными браслетами до локтя и большими кольцами в ушах – это нечто! Притом прямо пропорционально моему старанию не выражать эмоции при видя этакой диковинки росли и размеры, и замысловатость украшений, так что сдерживается с каждым днём становилось всё сложнее и сложнее.
Но слава космосу, эти десять дней прошли!
Я смотрела на цель нашего путешествия в иллюминатор поверх головы Алекса и тихо млела от накрываемого облегчения. Мы провезли этот груз через половину Союза и не попались! Дело за малым, вручить товар получателю и линять из этой дыры куда—нибудь, где есть высокооплачиваемые заказчики.
— Какая она зелёная, — завистливо протянул Уил, недавно признавшийся, что видел живое растение лишь на картинке, так как всю жизнь провёл на безжизненном каменном астероиде.
— Даже слишком как—то, — напрягся Алекс, заразив своим волнением и меня, не понаслышке знающей что такое засеянное поле.
— Видишь кислородные купола? – подошла я ближе, пальцами раздвигая изображение на экране иллюминатора. Картинка на секунду зарябила пикселями, но тут же вновь стала чёткой – интерфейс установленной навигатором программы успешно калибровал полученное изображения выдавая уже чёткий вариант.