Недолго думая, я снова задержал дыхание, сунул голову за границу раздела двух сред, развернулся ногами вперед и свесил их наружу, пытаясь нащупать какой-нибудь упор. Ноги упорно нащупывали пустоту, а если и находили что-то похожее на выступ, то либо не получалось на него даже поставить ступню, либо она тут же соскальзывала.
Ну мать твою, этого только не хватало! Неужели придется плыть к другой ноге и пробовать там? Так никаких сил не напасешься, плавать туда-сюда! До утра плавать можно!
И, только я об этом подумал, как носок ботинка наконец нащупал какую-то щель, достаточно широкую и высокую, чтобы в нее поместиться, и напрочь утвердился в ней. Мысленно возликовав, ведь запас воздуха в легких уже начал заканчиваться, я перенес вес тела на эту ногу, спустил вторую, нащупал ею тоже какой-то уступ, и в итоге встал даже почти что уверенно. Теперь я уверенно мог сказать, что я стоял на ногах, а не висел в толще «воды», цепляясь за все, что под руки подвернется. Осталось аккуратно высвободить все остальное тело, и можно неторопливо спускаться.
И тут же, только я об этом подумал, поверхность под ногами дрогнула и пошла вниз, утягивая меня за собой!
Твою мать, это же нога! Я совершенно забыл, что это не статичная структура, а нога, которая поднимается и опускается! Медленно и редко, но все же — поднимается и опускается! И сейчас, когда я только-только закрепился на ней двумя ногами, она как раз пошла вниз, вытаскивая меня из воды, как пробку из горлышка винной бутылки!
Я попытался ухватиться за кораллы, чтобы перенести вес тела с ног, но они предательски вырвались из ладоней, заодно глубоко ободрав их. Тело потащило вниз, к земле…
Тело среагировало само, без моего вмешательства. Ноги резко дернулись назад, носки ботинок соскользнули с выступов, на которых стояли, и изменили траекторию падения. Я больше не падал спиной вперед, как сорвавшийся со скалы, меня развернуло в обратную сторону, и каменная нога спинорифа рывком приблизилась к лицу!
Бам!
Я не успел вытянуть руки и смягчить удар, врезался в камень прямо скулой и щекой, в голове зазвенело! Руки врезались в каменную ногу, скребанули ногтями по твердому, соскользнули, я проехался вниз, ничего не видя и почти ничего не чувствуя!..
И остановился.
В последний момент пальцы нащупали какие-то выступы и вцепились в них, как утопающий — в соломинку. Чуть судорогой мышцы не свело от перенапряжения.
Я повис на вытянутых руках, болтаясь на медленно движущейся ноге и пытаясь нащупать опору еще и ногами. Зрение потихоньку вернулось в норму, и я смог посмотреть вниз и рассмотреть пару выступов, достаточных для того, чтобы встать на них. Кое-как выполнив это, я наконец разгрузил руки и даже позволил себе немного передохнуть.
Да уж, «передохнуть, стоя на двух квадратных сантиметрах движущейся в колоссальном, на десятки метров, шаге, ноги» — звучит довольно интересно. Но после всего случившегося это действительно было отдыхом.
Во рту появился привкус крови — то ли язык, то ли щеку прикусил, когда мордой впечатался. Плевать, заживет. Главное теперь спуститься на поверхность.
Выждав еще несколько секунд, я принялся аккуратно лезть вниз, дважды проверяя каждый выступ, прежде чем разместить на нем руку или ногу и пытаясь подгадать момент, когда амплитуда шага огромного спинорифа будет пытаться сорвать меня с ноги в как можно меньшей степени. Чем ниже я спускался, тем тяжелее становилось лезть — инерция движения так и качала меня туда-сюда, и приходилось прижиматься к ноге вплотную, буквально размазываться по камню, цепляясь чуть ли не зубами… Кажется, у меня снова открылось кровотечение… По крайней мере, на камнях за мной оставалась темная полоса, блестящая в лунном свете…
И все же я слез. Не знаю, сколько мне понадобилось времени и сил, но, когда до земли осталось метра два, я просто разжал руки и упал вниз. Приземлился на ноги, неловко сгруппировался, откатываясь подальше — чтобы не наступили ни этот спинориф, ни те, что, возможно, идут за ними.