Синтия не могла поверить своим глазам. Фиоренцо выпрямилась, улыбаясь, хотела что‑то сказать, но в тот же миг рухнула на пол, твердая и неподвижная, как чугунная болванка.
– Нужно остановить это, – сказала Синтия Уандрею.
– Наука, доктор Фейерверкер… – начал было Уандрей, но она не дала ему закончить.
– Наука‑шмаука! – закричала она, сама себе удивляясь, но решила не останавливаться, пока есть запал. – Хватит! «Творения» Фиоренцо – это не наука. Это ходячие ядерные отходы. А то, что она сделала с Мередит, – убийство!
– Несчастный случай, – сказал Уандрей.
Хестер охнула:
– Вы в самом деле верите в это?
Уандрей не ответил.
– Достижения доктора Фиоренцо поразительны, – сказал он.
И в этот момент он допустил ошибку – позволил Мередит подойти слишком близко.
У Синтии с Хестер не было времени, чтобы остановиться и подумать о намерениях воскресших преследователей, или о хаотичной некролюминесценции «Чарли», или о следах побоища. Если бы они задумались, все их невысказанные сомнения развеялись бы в тот же миг.
Мередит разорвала Уандрея на куски, начав с нижней челюсти.
Хестер закричала, Уандрей еще какое‑то время орал от боли. «Ради королевы червей, неужели это его эндокард?» – подумала Синтия, оттаскивая подальше подругу. Обе были забрызганы кровью профессора, как подростки, увлекающиеся граффити, краской.
– Нужно найти устройство, – бешено прорычала она. – Сейчас, пока Мередит занята.
Хестер захлебнулась, то ли от рыданий, то ли от истерического смеха, но согласно кивнула. Девушки посмотрели вокруг, стараясь не натыкаться взглядом на кровавую бойню в центре комнаты. Кроме анатомических столов и холодильников здесь больше ничего и не было. Микроскоп, прикрученный к стойке, центрифуга…
– Зачем нужно столько холодильников, если самый большой холодильник во Вселенной находится прямо за стенкой? – пробормотала Синтия. – Ну да, понятно. Образцы, несчастные случаи…
Они обошли комнату по периметру, присматривая за мертвыми соседями. Мередит, к счастью, о них даже не вспоминала. Заглянули в первую холодильную камеру. Удобная модель Тохиро‑Никконен, ничего особенного, только ее нужно как следует вычистить. Вторую временно переоборудовали для каких‑то других целей. Женщины переглянулись, они понятия не имели, что это. До следующей камеры в нижнем углу добраться было непросто, в ней лежал массивный предмет непонятного назначения.
– Вот устройство, – сказала Хестер. – Наверняка оно.
– Можешь определить, как оно включается? – спросила Синтия.
Она бросила беглый взгляд на Фиоренцо, та все еще дергалась в конвульсиях, на Мередит – та была пока занята.
– Следи за мной, – уверенно сказала Хестер, а потом махнула рукой. – Нет, лучше следи не за мной, а за ними.
Она отдала Синтии свой пистолет.
– Не беспокойся, – ответила та, подумав, что пистолет вряд ли поможет им больше, чем свадебный букет, если «Чарли» решит открыть дверь. Развивая свою мысль, она спросила: – А общаться ты с ним можешь? Я имею в виду «Чарли».
– Я попыталась, – ответила Хестер. – Не знаю, то ли это у меня не получается, то ли он не распознает во мне члена команды.
– Черт! Мне тут пришла мысль: проще всего было бы справиться с воскресшими, скормив их «Чарли».
– О! Хорошая идея. Тут явно стало бы почище. Хотя я не уверена, смог бы он их сожрать. Непохоже, что воскресшие могут переваривать пищу.
– Ну и черт с ней, с этой идеей, – сказала Синтия. – По крайней мере, он мог бы их пожевать.
– Если бы они зашли к нему в рот. Но, скорее всего, он не сможет… абсорбировать их.
«Лазарет „Чарльз Декстер“» снова содрогнулся. Хестер ударилась о стенку, а Синтия, словно пьяная, сползла по гальваническому мотору.
– Думаю, – сухо сказала Хестер, – что‑то идет не так.
– Полагаешь, именно для очередного воскресения нужна была вторая доза сыворотки?
– Возможно.
– Может, без нее он снова умрет?
Ужасно, что это прозвучало с такой надеждой. Ужасно оказаться в такой ситуации, где смерть кажется самым оптимальным выходом.
– Нгао не умер, – ответила Хестер.
Синтия думала, как бы ответить не слишком неприлично или богохульно, и тут краем глаза заметила какое‑то движение. Она дернулась, но рядом не оказалось ни Мередит, ни Нгао. Только тов.
– Кажется, раньше тут товов не было?
Они столкнулись с колонией товов в нескольких коридорах от морга. Твари облепили все стены и потолки, ползали по полу. Их запах перебил даже запах гнили. Стараясь не задохнуться, Синтия и Хестер прорывались, давя товов ботинками.