Я услышал хлюпанье высасывающегося воздуха и подумал, что это конец, тело унесло в космос. Я уже развернулся, чтобы уйти, когда послышался стук, бешеный, как удары скачущего в груди сердца. Должно быть, она сумела за что‑то зацепиться. Бах, бах, бах! Это было уже слишком. Я привалился к внутренней двери, – бах, бах! – соскользнул по ней вниз, хохоча. Выходит, если выдохнуть из легких воздух, в открытом космосе можно прожить минуту или, может быть, две. Мне показалось, это очень смешно. Бах! Нет, правда, это весело. Я сделал для нее все, что было в моих силах, рисковал своей карьерой, и как она мне отплатила? Когда я прислонился щекой к двери, стук начал слабеть. Между нами было всего несколько сантиметров, расстояние от жизни до смерти. Теперь она знала все о восстановлении равновесия. Я хохотал так, что начал уже задыхаться. Так же, как и это тело за дверью. Умирай же наконец, ты, слезливая сука!
Не знаю, сколько это заняло времени. Удары затихли. Прекратились. А потом я стал героем. Я сохранил гармоническое равновесие, оставил нам дорогу к звездам открытой. Я надулся от гордости: я научился думать, как динозавр.
Я протолкнулся сквозь пузырь двери в гостевую комнату «Д».
– Пора загружаться на «челнок».
Камала переоделась в комбинезон и тапочки на липучке. В стене светилось не меньше десятка окон, комната была полна болтающими головами. Друзьям и родственникам сообщили: их обожаемая Камала вернулась, целая и невредимая.
– Мне пора идти, – сказала она стене. – Я вам позвоню, когда приземлюсь.
Она одарила меня улыбкой, которая казалась искусственной – так долго она не улыбалась.
– Хочу еще раз поблагодарить вас, Майкл. – Интересно, сколько времени требуется странникам, чтобы снова ощутить себя людьми. – Вы так сильно мне помогли, я была такой… я была не в себе. – Она в последний раз обвела взглядом комнату и вздрогнула. – Я была по‑настоящему испугана.
– Это верно.
Она покачала головой:
– Неужели настолько сильно?
Я пожал плечами и повел ее в коридор.
– Теперь я чувствую себя полной дурой. То есть я хочу сказать, ведь я пробыла в шаре меньше минуты, а потом, – она щелкнула пальцами, – раз, и я на Генде, как вы и обещали. – Она прижалась ко мне плечом, пока мы шли, тело под комбинезоном было крепким. – Как бы то ни было, я рада, что представился случай поговорить с вами. Я действительно собиралась найти вас по возвращении. И, разумеется, не ожидала, что вы все еще здесь.
– Решил остаться. – Внутренняя дверь в воздушную камеру скользнула, открываясь. – Такая работа, к которой прикипаешь всем сердцем. – Кишка дрожала, пока уравнивалось давление между станцией «Туулен» и «челноком».
– Вас ждут очередные странники, – предположила она.
– Двое.
– Завидую им. – Она повернулась ко мне. – А вы сами никогда не думали о том, чтобы отправиться к звездам?
– Нет, – ответил я.
Камала провела рукой по моему лицу.
– Это все меняет.
Я ощутил укол длинных ногтей, на самом деле настоящих когтей. На миг мне показалось, что она хочет оставить на моей щеке такие же шрамы, какие украшали ее лицо.
– Знаю, – ответил я.
Джон Варли
ЗВОНАРЬ
Женщина, спотыкаясь, шла по длинному коридору. Она так устала, что бежать уже не могла. Высокая, босоногая, в изодранной одежде. На большом сроке беременности. Сквозь пелену боли она заметила знакомый голубой свет. Илюзовая камера. Идти больше некуда. Она отворила дверь, вошла внутрь и закрыла дверь за собой.
Впереди была последняя дверь, а за ней вакуумная бездна. Женщина быстро повернула четыре рычага, герметично запирающие дверь. Сверху донесся тихий ритмичный предупреждающий сигнал. Теперь запертую дверь удерживало лишь давление воздуха внутри шлюза, а внутреннюю можно будет открыть только после того, как снова закроется внешняя.
Женщина слышала шум в коридоре, но знала, что уже в безопасности. Если они попробуют высадить внутреннюю дверь, сработает сигнал тревоги, и тогда на место прибудут и полиция, и люди из воздушного департамента.
Свою ошибку она поняла, когда у нее лопнули барабанные перепонки. Женщина начала кричать, но крик замер вместе с последней струей воздуха, вырвавшейся из легких. Она сидя продолжала бить кулаками по металлическим стенкам шлюза, но кровь уже ручьем потекла у нее изо рта и из носа.