Брунель отдал по радио приказ:
– Винцент и Лейн, возвращайтесь немедленно на Базу. Я присоединюсь к вам немного позднее.
Винцент вел вездеход на максимальной скорости. Он на полном ходу перескакивал через вырытые метеоритами рвы, вздымая вверх клубы коричневой пыли.
– А не разлетится от такой езды наш бедный вездеход на мелкие части?
– Надеюсь, что нет, хотя и таких условиях ни за что ручаться нельзя, проворчал Лейн и потянулся за биноклем. Он подождал, пока База появилась в поле зрения и поднес бинокль к глазам.
– Вроде все нормально, – бросил он в микрофон через несколько минут.
Спустя секунду пришел ответ Брунеля:
– Меня беспокоит то, что происходит внутри. Остановите вездеход, и ты, Лейн, пойди и посмотри, что там случилось. Винцент пусть останется в машине. Все время держите со мной связь.
Винцент остановил вездеход у входного отверстия шлюза. Непрозрачный купол Базы в нескольких местах был поврежден ударами метеоритов, а затем восстановлен. Из‑под него не слышалось ни, единого звука. Никаких признаков жизни. Инженер энергично натянул шлем на свою рыжеватую шевелюру.
– Пойду проверю, – сказал он партнеру.
– Ладно, – ответил тот.
– Пока.
– Все время будь на связи.
Лейн выскочил из вездехода и подбежал к шлюзу. Откручивая барашек запорного вентиля, он вспоминал последние слова Харрингтона, услышанные по радио. Нет, это не авария. Оставалось сделать последний оборот барашком, и люк открылся бы, но Лейн медлил, его буквально парализовал страх. Наконец, разозлившись на себя за малодушие, он крикнул в микрофон:
– Я открываю шлюз, – и шагнул вперед.
Харрингтон сидел у передатчика и смотрел на Лейна пустыми, мертвыми глазами. Вся его рубашка была залита кровью. Он не дышал.
– Харрингтон мертв, – информировал Лейн Винцента. – Судя по всему, его ударили ножом. Но это ведь нонсенс…
Вдруг Лейн вскрикнул в ужасе. Харрингтон медленно поднимался с кресла, его взгляд насквозь пронизывал инженера. В эту же секунду Лейн увидел мертвое тело Пагга, появившееся сбоку от него и закричал:
– Пагг здесь! Он воскрес!
Лезвие скальпеля разрезало скафандр и углубилось в грудь Лейна. Он почувствовал ужасную боль, в глазах потемнело, все вокруг завертелось в бешеном танце и исчезло.
Винцент с несказанным облегчением встретил второй вездеход, в котором приехали Брунель и Дэйлби.
– Что нового? – спросил командор.
– Ничего, – покачал головой Винцент. Он уже рассказал по радио обо всем, что видел и слышал после того, как Лейн вошел в шлюз Базы, поэтому долгих объяснений не требовалось.
– Там внутри только Харрингтон и Лейн! – сказал Брунель. – И никого больше! Запомните это, никого больше!
– Пагг…
– Забудь о Пагге! – резко оборвал Винцента Брунель.
Командор и Дэйлби объехали в своем вездеходе Базу по периметру.
– Ты что‑нибудь заметил? – спросил Брунель товарища.
Бородатый физик покачал головой.
И вдруг Брунель закричал:
– Следы! Вижу следы человеческих ног!
Теперь и Дэйлби их увидел: в сыпучей марсианской пыли уходила к горизонту ровная линия отпечатков босых человеческих ног.
– Это Пагг! – воскликнул потрясенный увиденным Дэйлби.
Брунель ничего не ответил и направил вездеход к шлюзу, где их нетерпеливо ожидал Винцент.
– Исключая небольшой аварийный запас, все, что мы имеем, лежит под куполом. Кислород, вода, батареи…
Брунель помолчал, желая подчеркнуть серьезность ситуации, затем продолжил:
– Чтобы продержаться до прибытия корабля, нам потребуется все это. Надо идти!
Никто не стал возражать.
Брунель одел шлем и вышел из вездехода. Он подошел к вентилю, врезанному в подножие купола, и повернул его в положение: «Открыто». Из‑под купола почти мгновенно улетучился воздух, а его оболочка сморщилась, подобно мехам гармони, и опала. Под серыми складками не замечалось ни малейшего движения.
– Дело сделано, – сказал Брунель. – Там не может быть никого живого. Помогите мне стащить оболочку.
Дэйлби и Винцент нехотя покинули кабины вездехода и присоединились к Брунелю. Совместными усилиями они стащили мягкую пластиковую оболочку с оборудования. Это была нелегкая работа: пластик цеплялся за острые края контейнеров и приборов. Они не успели еще снять его полностью, когда под ним что‑то зашевелилось. Трое астронавтов застыли в ужасе. К ним шел Харрингтон в окровавленной рубашке, за ним нагой Пагг, последним шагал Лейн. Из скафандра инженера улетел воздух, это сковывало его движения. Мертвецы молча приближались к пока живым еще астронавтам. Брунель глубоко вздохнул и крикнул: