Улыбка Джерри резко исчезла.
‑ Я теперь понимаю, что я наделал, ‑ горько вздохнул он. Ужасно. Я убил шесть человек. Но теперь я снова в своем уме! И готов понести наказание...
‑ Забудь, я сказал! ‑ рявкнул Гар. ‑ Тебе больше незачем смешить меня. Погоди, я тебя сейчас развяжу...
‑ Вот спасибо‑то, доктор! ‑ искренне сказал Джерри. ‑ Я, признаться, здорово устал от смирительной рубашки...
Гар опустился на колени около Джерри, распутал узлы и снял веревки.
‑ Сейчас ты будешь в порядке, ‑ приговаривал Гар, растирая вялые руки Джерри. Физическая усталость затекших от неподвижности конечностей и психологический стресс сделали свое дело.
Наконец он восстановил кровообращение Джерри и помог ему подняться на ноги.
‑ Не тревожьтесь, доктор Элтон, ‑ говорил меж тем Джерри. ‑ Я не знаю, почему убил этих людей, но знаю, что больше ничего подобного не будет. Я, наверно, был совсем не в своем уме.
‑ Теперь можешь стоять? ‑ спросил Гар, отпуская Джерри.
Джерри прошелся немного туда‑сюда. Сначала его шатало, но постепенно он расходился и с каждым шагом все меньше напоминал робота.
Гар почувствовал, как к горлу вновь подкатывает тошнота, и постарался побороть ее.
‑ Ну как ты, Джерри, дружище? ‑ участливо спросил он.
‑ Прекрасно, доктор Элтон, ‑ признательно ответил Джерри. Большое спасибо за все, что вы для меня сделали.
Джерри повернулся, подошел к двери шлюза и открыл ее.
‑ До свидания, доктор Элтон, ‑ сказал он.
‑ Постой! ‑ закричал Гар, прыгая к Джерри.
Но тот уже вошел в шлюзовую камеру и закрыл за собой дверь. Гар пытался открыть ее, но ничего не вышло ‑ Джерри уже включил насосы, и давление в камере стало падать.
Гар, в ужасе выкрикивая имя товарища, дергал дверь. Через небольшой квадратный иллюминатор толстого стекла он видел, как раздулась и опала грудная клетка Джерри, изо рта и носа брызнула кровь, глаза выпучились, а затем правый лопнул и вытек...
Он видел, как Джерри повернулся в сторону ("к Хелене!") и улыбнулся. Затем отвернул кремальеру внешнего люка и вылетел наружу, в пустоту.
И когда Гар наконец перестал кричать и без сил упал на кресло за планшет‑стендом, костяшки его пальцев были разбиты и кровоточили от ударов по голому металлу.
Эллисон Харлан
СПАСАТЕЛЬНАЯ СТАНЦИЯ
Торренс провел правой рукой, той, которую не видел робот, по боку. Резкая боль в трех сломанных ребрах заставила расшириться его глаза.
ЕСЛИ ГЛАЗНЫЕ ЯБЛОКИ ЛОПНУТ ‑ СМЕРТЬ, подумал Торренс.
Смешанное бормотание спасательной станции вокруг вернуло его к действительности. Глаза снова устремились к медицинскому шкафчику, висящему на стене рядом с нишей робота.
ЧЕРТ, ТАК БЛИЗКО И В ТО ЖЕ ВРЕМЯ ТАК ДАЛЕКО, ВСЕ РАВНО, ЧТО НА БАЗЕ АНТАРЕСА, подумал Торренс. Безумный смех рвался из его горла. Он вовремя удержался. СПОКОЙНЕЕ. ТРИ ДНЯ СПЛОШНОЙ КОШМАР, НО СВИХНЕШЬСЯ, И КОНЕЦ СТАНЕТ ЕЩЕ БЛИЖЕ.
Торренс согнул пальцы правой руки. Это все, чем он мог двигать. Молча он проклял техника, проверявшего исправность робота, и политика, добившегося, чтобы робота поместили в спасательную станцию, из‑за полученной им доли прибыли от правительственного контракта. И ремонтника, который не позаботился все проверить. Он проклял всех.
Они это заслужили.
Он умирал.
Он плотно закрыл глаза и позволил звукам спасательной станции затихнуть. Медленно сменилось тишиной бульканье охлаждающей жидкости в трубах, щелканье машин, собирающих и передающих сведения со всей Галактики, жужжание антенн, поворачивающихся в гнездах. За прошедшие три дня Торренс много раз порывал с реальностью. Либо это, либо бодрствующий робот. А рано или поздно придется двинуться, двинуться же означало умереть. Все очень просто.
Торренс перестал вслушиваться в шепот спасательной станции, он слушал шепот в самом себе.
До него через бездны пространства доносились звуки войны. Конечно, все это лишь воображение, но Торренс ясно слышал свист бластера разведчика, посылающего луч за лучом в ведущий корабль кейбенского флота.
Разведчик снайперского класса Торренса находился впереди земного флота и неумолимо сближался с чужим кораблем. Тогда‑то все и произошло.
Одну секунду Торренс находился в самой гуще битвы, левый борт гигантского кейбенского дредноута раскалялся под его ответными ударами.
В следующую секунду его выбросило из строя. Земной флот тормозил, чтобы кейбенцы подошли поближе, а земляне надеялись воспользоваться своим превосходством в маневренности.
Торренс попал прямо под огонь передних орудий жабообразного кейбенского разрушителя. Первый луч уничтожил орудийную установку и навигационное оборудование. Второго удара Торренс умудрился избежать.