Холден отвернулась и на выдохе добавила:
— А потом пришел ты и спас меня.
— Я не…
Чейз не знал, что ответить. Такого он никак не ожидал. Неужели дочка сенатора, которая целую неделю провела один на один с «Мясником» и есть его напарник?
— Если я кажусь тебе немного странной, или вроде того, то, думаю, теперь моя история это объясняет…
— Но как? Зачем? Как ты смогла?
— Как я не сломалась? — Ольга завела машину и выехала на дорогу, вернувшись в прежнее эмоциональное состояние. Закинула в рот мармеладку и включила поворотник. — Прозвучит банально, но когда я поняла всю сложившуюся ситуацию, то мне стало ясно чем я хочу заниматься. Сменила фамилию. Не хотела, чтобы в полицейской академии все тыкали в меня пальцем. Смотри! Это ее чуть не разрезал на куски больной извращенец. А когда я получила значок детектива и узнала, что ты все еще в полиции, то связи отца сделали все остальное.
— И все это время?
— Пойми меня правильно, Чейз, — Ольга посмотрела на Фрэнка и улыбнулась. — С самого детства, ты был моим героем. Человеком без страха! Смелым детективом, спасающим людей. Воплощением доблести и чести. Я жизнь положила на то, чтобы стать такой как ты…
Фрэнк опустил голову. Все это слишком для одного дня. Где же тот спасительный камень, под который можно спрятаться?
— Как-то ты предлагала мне виски от похмелья, — сказал Чейз.
— В бардачке.
Чейз открыл бардачок, нашел рукой маленькую бутылку и вытащил. Ловким движением открутил крышку и присосался к горлышку. Алкоголь промчался по организму, как спринтер по беговой трассе. Приятно. Тепло…
— Не того парня ты выбрала в герои. Думаю, теперь убедилась.
Отвернувшись от напарницы, Фрэнк сделал еще один глоток.
***
В голове лишь боль. В глазах — темнота. Запах пыли в ноздрях.
Придя в сознание, Джой никак не могла сообразить, что происходит. Почему она ничего не видит? Руки потрогали голову и стянули плетеный мешок. Зрачки мгновенно сузились от света.
Где она? Последнее, что прокручивалось в памяти — это боль в затылке, затем свет гас. Ее оглушили... Но что случилось потом?
— Джой, — прозвучал робкий женский голос. — Джой, ты очнулась?
— Линдси?
Джой хорошенько проморгалась и огляделась по сторонам. Небольшое помещение с бетонными стенами по бокам. Спереди — стальные прутья. На облезшей известке — тысячи мелких надписей на разных языках. В углу стояло ведро, воняющее дерьмом. Атмосфера безысходности и смерти, летающей неподалеку.
Она что в тюрьме?
— Джой, ответь! Ты жива?
Голос Линдси доносился из-за стены. Видимо, она в соседней камере, если можно так выразиться. Осмотрев себя, Джой заметила, что она босиком, в том же платье, которое выглядело уже не так эффектно, как раньше. Все в грязных пятнах. Порванное в некоторых местах.
Джой потрогала голову, в том месте, куда пришелся удар, и обнаружила густую кровь на кончиках пальцев. Куда она попала? В мыслях одни вопросы, но мозги никак не могли встать на место, чтобы начать мыслить логически.
— Не молчи! — крикнула Линдси.
— Да-да. Я в порядке, — ответила Джой.
— Слава Богу! Я думала, что они тебя убили…
— Где мы?
— Не знаю, — голос Линдси дрогнул. — Нас очень долго везли на машине. Я была с завязанными глазами. Господи, Джой, во что мы вляпались? Мамочки… Я не хочу умирать… Я хочу домой…
Услышав панику в голосе подруги, Джой похлопала себя ладошками по щекам, размяла затекшие плечи.
«Приди в себя, — подумала Джой. — Нужно собраться! От этого зависит не толь твоя жизнь, но и жизнь твоей подруги!»
— Успокойся, коза! — впервые Джой сказала это милое ругательство агрессивно. — Мы живы! А значит все еще можно исправить. Так или иначе, твой отец уже поднял на уши всех, кого только можно. Нас обязательно найдут!
— Нас очень далеко увезли.
Джой поднялась с грязного пола и осмотрела себя с ног до головы. Множество ссадин. Есть царапины на коленях. Но в остальном ничего страшного. Подойдя к ведру, она пожалела, что решила заглянуть внутрь. Полезного там было мало.
— Тебя били? — спросила Джой.
— Нет, но не думаю, что от этого мне станет лучше. Зачем, зачем, зачем мы пошли на эти подпольные бои? На кой черт тебе приспичило поиграть в бойцовский клуб?