Архитектор c трепетом взглянул на заключенную. По Джой было отчетливо видно, с какой яростью она испепеляла его ухоженное красивое лицо. В зеленых глазах девушки бушевала настоящая буря, в то время как поза выдавала фальшивую покорность.
Жестом руки Архитектор велел охранникам оставить его наедине с пленницей. Мужчины отдали честь и тут же удалились, шелестя накрахмаленной формой. Достав из кармана брюк медальон скорпиона, Архитектор смерил его вес в ладони.
— Красивая вещь, — сказал он. — Дай угадать. Подарок отца?
Понимая, что Джой не может ответить, мужчина улыбнулся. Подкинув скорпиона в воздух, он поймал его другой рукой. Джой глазами проследила за полетом медальона, зная, что Архитектор играет с ней.
— Говорят, твой отец полицейский, — мужчина отошел в сторону, дав Джой пройти вперед. — Что он очень хороший коп. Честный. Не берет взятки. Ловит преступников. Сажает за решетку плохих людей. Прям герой детективного сериала.
Смотря на гротескные изображения витражей, Джой шла прямо, слушая речь психопата.
— А еще говорят, что он пьяница и дебошир. Что он не прочь избить женщину. Собственную жену.
Значит он наводил справки, подумала Джой. Изучил ее окружение. За ранее знал с кем будет иметь дело.
— Феникс, вроде так его называли, когда он был молодым? Несломленный, всегда восстающий из пепла. У меня есть один вопрос… Если твой отец такой самоотверженный человек, — Джой шла впереди, не видя лицо собеседника, но даже так она знала: Архитектор улыбается. — Почему он не приехал и не вырвал своего ребенка из лап больных психов?
Джой остановилась, но тут же получила толчок в спину, заставивший ее продолжить движение.
— Даже представить не могу что чувствует родитель, у которого пропал ребенок. Страх. Паника. Смятение. Чувство вины, за то, что не смог уследить. Наверное, злость на самого себя, — Архитектор выдержал театральную паузу. — Но так или иначе, в конце останется лишь ноющая рана, которая не затянется до тех пор, пока не узнаешь правду. Правду о том, что же случилось с твоим ребенком.
Продолжая толкать Джой в спину, Архитектор повысил голос:
— Как думаешь, что лучше? Узнать чудовищную истину и постараться принять ее? Или же и дальше жить в неведении, терзая себя вопросом: что же произошло на самом деле?
Подойдя к высокой двери, в конце коридора, Архитектор потянул за ручку и впустил Джой в огромный зал, больше смахивающий на кинотеатр.
Широкое белое полотно для просмотра кинолент. Десятки сидений. Тусклый свет с потолка. Запах пыли и сырости. Видимо, этим местом уже очень давно не пользовались.
Осмотревшись по сторонам, Джой увидела занятым каждое кресло. Сначала ей показалось, что все это люди, но присмотревшись внимательней, девушка заметила несуразность их поз. Ломаные, искалеченные мужчины и женщины, расположенные как попало, больше смахивали на манекены. Подойдя ближе, Джой убедилась: так и есть. Весь зал кинотеатра выглядел как дурной кошмар. Серые куклы смотрели на экран, подобно живым зрителям, ждущим начала представления. От их безликих лиц по телу девушки пробежали мурашки.
Заведя Джой внутрь, Архитектор усадил ее на единственное пустое кресло и щелкнул пальцем. На огромном экране появилось мутное изображение человека. Разглядеть кто это не представлялось возможным.
— Джой, ты любишь фильмы? — спросил мужчина. — Знаешь, я всегда думал, что кинематограф опасное изобретение. Его безумными лентами можно опоясать всю землю, и стоит лишь поднести спичку…
В этот момент Джой поняла, что собирается показать Архитектор. Как только она хотела вскочить с кресла, крепкие руки мужчины с силой усадили ее обратно.
— Фотография — это правда, — на экране появилось испуганное лицо Линдси. — А кино — это правда двадцать четыре кадра в секунду!
***
Первым что увидел Паркер, открыв глаза, были его собственные ноги, безжизненно волочащиеся по грязному полу. Босые ступни оставляли длинные следы, уходящие далеко в темноту. Коридор, по которому волокли Дональда, казался одной мрачной бесконечностью. Глаза никак не могли настроиться. Все размывалось. Свет. Тень. Стены давили с двух сторон, напирая своей грубостью. И только хорошо проморгавшись мужчина понял, где он находится.
Тоннель, ведущий в комнату торгов. То самое место, по которому проходили сотни пленников Паркера, перед тем как попасть в рабство.
— Эй! — крикнул Дональд.
Но в ответ он услышал лишь спокойное ровное дыхание у себя за головой. Кто-то крепко держал его за воротник рубашки, волоча по полу, словно мешок с мусором.