– Понял тебя, Рок. Шесть "легких", один "тяжелый". Пусть Метис занимается им в первую очередь. Пусти по склону цепь – добейте тяжелораненых байкеров. Как прочешете, начинайте стаскивать технику и трупы в одну кучу. На тему дележа ты правила знаешь… И не стреляйте: я сейчас из-за холма тарантас с прицепом приведу.
– Ты же… Ты же на крыше трака был! Потом вроде на землю соскочил…
– Ну, вот! А кто тогда по-твоему пулеметчика на вершине и последних троих придурков снял?
– Я думал какой-нибудь урод переметнуться решил…
– Ага… Ясно. В общем не стреляйте по тарантасу, а то знатный факел выйдет! Всех с округи соберет. Конец связи, – Дим сполз вниз по склону и только убедившись, что его прикрывает вершина потопал к транспорту стаи. Средство передвижения было на редкость неухоженным и носило следы множества столкновений – вся поверхность обшивки была испещрена пулевыми отверстиями и вмятинами. Хотя, многие листы были явно не "родными"… Помимо бочки на прицепе была смонтирована большая сетчатая корзина-багажник, доверху забитая заплечными рюкзаками и самодельными торбами. На самом "монсто" (а как еще назвать квадр размером с багги) багажная площадка была заполнена ящиками из ударопрочного пластика, в которых обнаружились различные боеприпасы, стволы и сублимированная пища в потертых пластиковых пеналах. Парень по-хозяйски осмотрел все это богатство и решил считать его частью своей доли. Он забрался в седло (комбез недовольно зафыркал – не нравилось снаряге соседство с ГСМ) нашел кнопку "пуск" и с пятой попытки запустил движок. Тронулся с места только с третьей, а пониженную передачу, что бы забраться на вершину холма нашел всего за каких-то десять минут ожесточенной ругани себе под нос. Наконец, закинув практически обезглавленное тело и заклинивший пулемет в корзину прицепа, Дим скатился с холма.
– Ну что тут у нас? – спросил он, заглушив оглушительно рычащий движок "монстра".
– "Тяжелого" я обработал – выживет, – опередив Рока заговорил Метис. – Меня хватит еще на пару-тройку легких. Дальше все – пуст буду.
– Ничего, нормально. Сейчас доклад выслушаю, загоню коренных на холм наблюдать и посмотрю, что там за ранения. Ты себе самый сложные случаи возьми пожалуйста – не особо я хилинге силен… Ок, Рок. Твоя очередь.
Лидер хмуро посмотрел вслед отошедшему шаману, но претензий не озвучил:
– Уродов добили. Трупы и технику стащили. Сейчас мужики Мясника раздевают жмуров и разряжают их стволы. Спеленали троих с простреленными руками-ногами и пятерых баб. Эти либо в отключке от ударов о землю были (так Метис сказал), либо шифровались под трупы. Но как только почуяли, что твой пацан-коренной делает всем "контроль" – по его же выражению – мигом ожили и встали на колени. У многих зачесалось, хотя девки даже не второй свежести.
– А вы их отмыть попробуйте, – весело предложил Дим. – Но все равно не советую в них соваться – с лечением насморка на планете просто беда. Даже Метис этого не умеет… Ладно, на ночевку здесь встанем, на холме – готовить место под лагерь жука я сейчас пошлю. Только трупы надо как можно дольше оттащить, иначе всю ночь будем слушать концерт из хруста костей и диких воплей мелких падальщиков… Да! А Водила-то как?
– Нормально ты его вспомнил! – оскалился гигантский негр. – Сразу после мелких падальщиков! Га-га!!! Да что с ним случиться – как стрельба стихла в кабине шуршал и вокруг кузова ходил: считал сколько вмятин, а сколько пробоин в борте. Сейчас вот около кучи хлама трется…
Парень покивал и отправился к раненым, оставив Рока контролировать общую мародерку. "Легких", которых не осилил хилер оказалось шестеро. После осмотра двоих пешцев Дим просто перевязал – сквозные ранения мягких тканей нижних конечностей, из одного достал вошедшую под кожу недеформировавшуюся пулю, по виду пистолетную, двадцать второго калибра и тоже перевязал. А вот с пленными пришлось повозиться. Они не только имели множественные легкие ранения, но и были немного побиты. Никто не любит, когда в него стреляют!
На первый взгляд воздействие хилера на неестественное повреждение тела (огнестрельное ранение например) ничем не отличалось от обычного засовывания нескольких пальцев в раневой канал и последующего извлечения пули. Те же кровь, шок и вопли хорошо зафиксированного "пациента". Но это не совсем правильно, это только внешняя сторона. Хилер при любом воздействии "вырезал" не столько кусок тела – плоть – сколько участок "ауры" или пси-оболочки, если говорить терминами официальной науки. Клочок мяса был просто накопителем этой "неправильной" пси-энергии. С пулей же еще проще – не надо рвать целостность ауры. Вместе с чужеродным куском свинца или стали удалялись свернувшаяся кровь, снимался предэффект некроза травмированных тканей, восстанавливалась циркуляция крови и внутренней пси-силы организма. Опытные целители еще и ускоряли процесс естественной регенерации, но Дим таковым не являлся и потому ограничился только постоперационной перевязкой.