Вторым стволом был пистолет-пулемет с механическим УСМ под крупнокалиберный пистолетный патрон. Он был и массой побольше (2-3 кг) и погабаритней (с пол метра, со сложенным вбок прикладом) и магазин был рассчитан на 30 патронов. Но ствол был убойный: позволял стрелять короткими очередями по 2 патрона (позиция селектора огня); имел затворную задержку для ускорения перезарядки. К тому же патронов к нему было хоть залейся – пара Торчка использовала стволы того же калибра и по приказу Босса поделилась боеприпасами. До поры до времени этот пистолет-пулемет был закреплен с правой стороны водительского сиденья, рядом с селектором вариатора багги, а десять обойм к нему размещены в кармашках подвесной, до которых было не очень удобно добираться. Ствол был так же пристрелян со штатным прицелом.
Так же Дим проверил девятимиллиметровый автоматический пистолет с электронным спусковым механизмом, в набедренной кобуре на левой ноге. Это оружие было "последним", то есть парень планировал его использовать только в крайнем случае, если не будет другого выхода. Не то что бы пистолет был фиговым – нет. Но стрелять из него "с колес" – только патроны впустую жечь! Если дело дойдет до короткоствола – хана: либо противников слишком много оказалось, либо до Дима пуля добралась…
***"Наследил" на Пустошах к счастью не клан-стая кочевников, а случайно собравшаяся ватажка из тридцати человек на восемнадцати мотоциклах и семи куадрах. Эти придурки не жалея своей хлипкой техники атаковали ховер еще до Соленого. С диким завыванием, под громкий стрекот дешевых, неизолированных ДВС на своих байках, стая пристроилась в хвост машине на воздушной подушке и, попеременно вырываясь вперед по два-три мотоцикла, принялась садить по туше транспорта из "поливалок" – пистолетов-пулеметов, для которых главным показателем была сама способность стрелять. Попасть из таких стволов можно было только метров с десяти, да и то только если целью будет борт ховера.
Диму этих уродов было отлично видно даже сквозь поднятую ими и головной машиной пыль. Парень выругался сквозь зубы и прибавил скорости. Лучше бы придуркам было подождать до белой равнины Соленого – легче умирать бы было!
– Гнида! – заорал Дим, перекрикивая высокий вой парогенератора. – Начинаешь первым! Я постараюсь вести как можно равнее! Подойду метров на сто, не ближе! Отстреливай тех, что сзади! Что бы они нас подольше не замечали!
Негр кивнул, щурясь от бьющего в лицо ветра с мелкой пылью. Раньше, на "крейсерской" скорости ховера, набегающий поток воздуха мешал не так сильно.
Багги будто с низкого старта, играючи разогнался почти до ста километров в час и почти непрерывно находился в воздухе, взлетая даже на самых незначительных кочках. Дим сосредоточился на несущейся навстречу земле – он постепенно смещал машину еще левее, что бы не подставить "своих" под пули напарника. Каких-то три-четыре минуты и плотная группа на хвосте у ховера уже в ста метрах. Парень начал осторожно отпускать педаль газа, выравнивая скорости.
С соседнего сиденья подал голос пистолет-пулемет Гниды. Бык без пристрелки дал очередь почти в пол обоймы и разразился ругательствами – противники находились сильно левее багги, и негру было неудобно вести огонь с двух рук. Повернуть корпус мешали ремни безопасности, а с левой он бить по ходу не умел.
Вдоволь наматерившись и без толку "спалив" целый магазин, Гнида зажал свою "трещотку" между ног и щелкнул замком ремней.
– Пристигнись, урод! – заорал на напарника Дим. – Берег совсем близко! Там холмы и ямы глубокие (это Водила инфой поделился еще в лагере) – вылетишь!