- Ты серьезно? – копирую его интонации.
Мне нравилось его дразнить и выставлять идиотом, коим он и являлся.
Внезапная вспышка боли заставляет меня сжать подлокотники кресла. Ах как все не вовремя.
- Что с тобой? – Люций, кажется, удивился. – Анж, - в его голосе страх.
Волнуешься за меня, мальчик? Я не могла даже мысли собрать.
- Уходи, - цежу я.
Люций склоняется передо мной и заглядывает в глаза.
- Иди, - рявкаю я.
Дверь захлопывается, и я наконец покоряюсь воспоминаниям Лоренцо.
Я попадаю на площадку перед замком, его только строят, возводят второй этаж. Маленький Лоренцо бегает со своими старшими братьями, это хороший день, я чувствую эмоции обладателя.
Затем переношусь в годы постарше. Вижу глазами Лоренцо, как женщин ведут на казнь. Боже, да это же моя мама. Слезы наворачиваются на глаза. Я почти забыла этот день. А вот и я, совсем еще девчонка, но уже с красными глазами.
Лоренцо узнает во мне девушку, что продавала хлеб на рынке, и давала ему с братьями свежих булочек. Мальчик бежит к отцу и умоляет не делать этого. Лоренцо старший не преклонен. Он вырывает свою руку у сына и уходит. Тогда мальчик берет топор, который лежит меж бревен, дровосек видимо оставил его, чтобы не пропустить казнь. Лоренцо бежит с этим топором, он слишком тяжелый для тринадцатилетнего мальчишки, чтобы спасти ее, девушку, что угощала его, ее, что стала вампиром.
Я открываю глаза и вижу балдахин над головой. И как же я здесь оказалась…
- Я перенес тебя сюда, - слышу голос Люция.
- Сколько я проспала? – мой голос хрипит.
Люций подходит ко мне со стаканом воды. Удивительная забота, язвлю я, но воду принимаю.
- Пару часов, - отвечает Люций и отводит взгляд. – Еще одно нападение, - прошептал он.
- Но до полнолуния еще два дня, значит не волк.
- Еще один вам… чужой? – оговаривается он.
Делаю глотки, вода как целительный эликсир. Значит, еще один вампир.
- Нужно найти его и убить, - заключаю я.
***
Я забрела в самую далекую деревушку на окраине владений Бутэна. Капюшон прикрывал лицо, когда я зашла в таверну, с плаща стекала дождевая вода, но этого никто не замечал. Все были заняты едой, выпивкой, разглядыванием красивой девушки, что разносила заказы.
Я села за дальний столик в углу и сняла с себя плащ.
- Что принести? – подошла ко мне девушка.
- Похлебки и горячего напитка на свой вкус, - я улыбнулась ей и положила золотую монетку ей в карман. В ответ мне последовала та же обворожительная улыбка.
Доев свой суп, который оказался весьма недурен, я запила горячим вином со специями. Я закрыла глаза от удовольствия, а когда открыла, поймала на себе взгляд подавальщицы.
Беру свой плащ и выхожу на задний двор. Мне нужна хоть какая-то информация в здешних землях, и уж точно не от господ. Дверь открывается и выходит нужная мне девушка.
- Я знаю, кто ты, - она подходит ко мне и тихо произносит.
- Что ж, не бежишь прочь? – ухмыляюсь я.
Девушка облизывает губы и подходит еще ближе.
- Говорят, - она тщательно подбирает слова, - поцелуй таких, как ты стоит всех удовольствий, - ее пальцы подрагивают, а в глазах страх.
Конечно, я же монстр, чудовище. Чувствую, как мои глаза начинают пылать, а десна зудеть от желания. Но не здесь, не сейчас.
- В полночь, - говорю я, - жди возле конюшни.
***
Мы идем к лесу, луна еще неполная, но уже яркая. Аж глаза рябит, надеюсь, я права, иначе меня ждет очень болезненная кончина.
- Ты убьешь меня? – почти шепотом спрашивает девушка с таверны.
- Как тебя зовут? – спрашиваю я.
- Августина.
- Ты хочешь умереть, Августина?
Она колеблется.
-Я не знаю.
- Сегодня смерть не придет за тобой, но, - я делаю паузу, вслушиваясь в лесную тишину. – Ты мне поможешь сегодня, а я помогу тебе.
Девушка сглатывает, когда я останавливаюсь перед ней и преграждаю ей путь. Она стоит неподвижно, страх явно парализовал ее тело. Я касаюсь рукой ее холодной щеки, чувствую дрожь, кладу руку ей на шею и тяну на себя.
- Ничего не бойся, - шепчу я и накрываю ее губы.
Они мягкие, нежные, настоящий шелк. Поговаривают, что поцелуй вампира может моментально ввести в экстаз такой, что ни один смертный не заменит его. Но дело отнюдь не в поцелуе…
Я отстраняюсь от губ девушки и вонзаю зубы ей в шею, она слабо вскрикивает, а затем, с каждым моим глотком, переходит на стоны.
Вот что на самом деле заводит смертных, но вслух об этом не скажут. Слишком стыдно, грязно…
Я чувствую, как удовольствие растекается по венам, а с ним тело наполняется силой и мощью. Но на задворках сознания возникает колющая боль, она бьется в сердце. Я непонимающе отстраняюсь, заглядываю в лицо Августины, она блаженно улыбается, на грани бес сознания. Капли крови выступают на ее шее, но желудок охватывает рвотный позыв от этого зрелища.