− Что ты делаешь? – я снова повторила вопрос, на этот раз громче, потому что из-за шума в ушах ничего не слышала. Я прочла по его губам:
− Я хочу тебя поцеловать.
Я отстранилась, а Адам наклонился. Я отвернулась, пробормотав:
− Я не думаю, что это хорошая идея.
− Почему? – Его губы прямо у моего уха. Кажется, я чувствую призрачный поцелуй. Дыхание сводит меня с ума, я едва могу держать глаза открытыми.
− П-п-потому что мы… у тебя стресс. Мы… мы здесь одни и это не очень хорошая идея.
Адам резко выпрямился, но плечи мои не отпустил.
− Ты что, не доверяешь мне? – Насмешка в голосе заставила меня в упор посмотреть на него, но я ничего не смогла ответить. Лишь положила руки поверх его, желая отцепить от себя. Вновь не смогла ничего сделать. Хочу и не хочу. Странное ощущение.
Адам почувствовал это, как хищник чувствует страх. Не отрывая взгляда от моих глаз, он медленно склонился. Я не двигалась, даже затаила дыхание. Не могла сказать, чтобы он прекратил – это ложь.
На размышления больше нет времени, а я и не хочу больше думать, поэтому, когда Адам легонько прикасается ко мне, я не отстраняюсь, а наоборот – приближаюсь. Потому что в этот раз все по-другому. Адам целует сильнее и настойчивее, прижимает меня к себе, приглашает в крепкие объятия, а я не могу сопротивляться и позволяю нашим телам соединиться сверху-донизу. От этого поцелуя сердце разрывалось в груди, но это было приятное ощущение, потому что оно единственное высвободило энергию, заставило дрожать руки и ноги.
По телу прокатилась волна возбуждения.
Я прижалась к Адаму теснее, заставляя его ниже склониться. Мои пальцы взлетели с его узкой талии на затылок. Запутались в его волосах, притянули голову ближе. Откуда-то сверху на меня хлынула обжигающая волна холода, когда наши языки соприкоснулись. И вот, я уже хочу большего – сильнее целовать, сильнее прижаться, слиться воедино.
Это совсем непохоже на меня, но я не думаю об этом.
Я хочу этого больше всего на свете.
Через минуту мы уже яростно целуемся – Адам приперт мною к стенке, но даже не замечает этого. Я чувствую его руки на своей талии, чувствую ногу, согнутую в колене, и касающуюся моего бедра, чувствую жар, исходящий от его разгоряченного тела.
Я отстранилась, чтобы набрать полные легкие воздуха, и когда открыла глаза в ужасе вскрикнула. Отшатнулась назад и больно ударилась бедром о край кухонного стола. Только благодаря боли, стукнувшей в голову и вызвавшей слезы, я вновь увидела Адама, потому что секунду назад вместо него меня целовал Рэн Экейн.
− Что? Что? – испуганно спросил Адам, оглядываясь чтобы узнать, что именно меня напугало.
− Ничего…просто…показалось. – Я со стоном потерла ушибленное место.
− Что показалось? – он медленно выдохнул, проводя по груди рукой, словно успокаивая сердце. Его волосы были в полном беспорядке, а глаза сверкали демоническим блеском. К своему ужасу я заметила, что две пуговицы на его рубашке расстегнуты.
Это я сделала?
Не помню.
Он подступил ко мне, желая как-то помочь. Я выдавила:
− Паук. – Почему именно Экейн? Как он мог мне померещиться, я ведь даже не думала о нем. – Меня напугал паук.
− Паук, – скептически повторил Адам. Я прислонилась к столу, нервно проводя языком по нижней губе. Адам покачал головой. Мы оба были шокированы тем, что произошло только что на кухне, а я еще и не могла отвести взгляда от пуговиц, которые в беспамятстве расстегнула. Я же… чуть не изнасиловала его.
− Ты меня напугала, – наконец сказал он. Я вздрогнула, но неправильно истолковала его слова: − Я подумал, что ты представила вместо меня кого-то другого и потому отшатнулась, словно я тебе противен.
Я нервно рассмеялась, отводя взгляд.
Я больна.
***
Над машиной проплывала луна, изредка теряясь в сероватых облаках на черном небе с россыпью звезд.
− Может остановимся в мотеле? Я хочу спать. Я очень устала.
− Ты устала? – спросил Экейн, подперев голову рукой, согнутой в локте. В его голосе я услышала издевку.