− Лиам не говорил мне, что Адам еще в городе, – протянул Кэмерон обеспокоенным тоном. Он явно подумал о том, что брат предпочел рассказать все Экейну, а не ему.
− Не удивляйся этому. Ты боишься каждой тени и ни с кем не общаешься.
− Ты тоже! – возмутился Кэмерон, впервые за долгое время повысив голос.
− У меня – вынужденная мера предосторожности. Ты не думаешь, что Лиам не позвонил тебе именно потому, что не хотел отвлекать тебя от твоих чрезвычайно важных дел? – голос Экейна был насмешливым, когда он сказал о том, что у Кэмерона какие-то важные дела. – Может быть Адам что-то подозревает потому, что ты ведешь себя так странно? Ты совершенно на себя не похож.
Кэмерон молчал. Может быть он решил, что брат прав, и поэтому не стал возражать, а может быть потому что это было заложено в его характере, но он, утихомирившись, произнес:
− Хорошо, я пойду на могилу Ауры и отдам дань уважения.
− Я рад это слышать.
Они одновременно отключились.
С похорон Ауры братья не общались. Их пути больше не могли так часто пересекаться, ведь Адам уже их вычислил. Если пришел он, значит будут и другие. Поэтому некоторым из них пришлось прикидываться, что ничего не произошло, что все идет по плану. Кэмерон уехал работать в Дарк-Холл, ожидая реконструкции лечебницы, в которой случился пожар. Лиам и Кристина остались в университете Эттон-Крик и продолжили обучение.
У Рэна было плохое предчувствие по поводу предстоящего Дня Памяти погибшим в пожаре. Эта дата вновь соберет их вместе, через год после случившегося, и это не хорошо. Что-то случится. Этот день не принесет никому из них ничего хорошего.
***
Год назад
− Пожар, разразившийся в лечебнице для душевнобольных в городе Эттон-Крик, был сокрушающим, – говорил диктор в утренних новостях. − Сегодня найдено еще одно тело. Следствие ведет детектив Гаррисон…
Рэн выключил телевизор и опустился на табурет. В его доме была тишина. Кэмерон подготавливал документы для похорон, Лиам и Кристина помогали Элис покинуть Эттон-Крик и перевестись в другую больницу.
Экейн поднялся на ноги, налил себе стакан воды. Подошел к окну.
Наконец-то у него это чувство, что он может вздохнуть спокойно. После смерти Ауры все должно закончиться. Несчастья, что преследовали их целую вечность, должны прекратиться.
Входная дверь открылась и Рэн непроизвольно вздрогнул, а затем обернулся. По ступенькам вниз спустился Кэмерон. Он выглядел вымученным и уставшим.
− Как все прошло? – спросил Рэн без особого интереса.
− Нехорошо. Устал. – Кэмерон положил на столик свой портфель с документами, затем снял пальто. Рэн оставил стакан на столе у окна, затем спустился к брату. Он был таким напряженным, что вокруг его тела рябил воздух. Рэн остановился в шаге от него и произнес:
− Все закончилось, Кэмерон, мы можем вздохнуть спокойно. Мы больше не должны о ней беспокоиться.
− Не говори так, – отмахнулся от него Кэмерон. Рэн схватил брата за плечи, и тот замер, не двигаясь. Воздух между ними пошатнулся, когда Рэн подступил ближе и гипнотическим тоном произнес:
− Теперь все хорошо, Кэмерон. Мы отделались от них. Ауры больше нет. Нам не о чем беспокоиться. Повтори это.
− Хорошо, − сдался старший брат, опуская голову на грудь. – Ауры больше нет.
Рэн выпустил мужчину из хватки и отправился к столу приготовить кофе. Он все еще ощущал напряженность Кэмерона, но она пошла на убыль. Чтобы разрядить обстановку, Рэн спорил:
− Ты пойдешь на похороны?
− Да, я ведь ее брат. – Кэмерон подошел к барной стойке, подождал минуту, когда Рэн приготовит кофе. Затем, получив чашку с ароматным напитком, сделал глоток и бесстрастным тоном добавил: – Я должен это сделать.
− Мы все будем там.
− И Адам Росс.
− Больше он не станет лезть не в свои дела, – равнодушно бросил Рэн, протирая столешницу. – Он не сможет безнаказанно ходить по земле, особенно после того, как убил того человека и оставил тело на моем заднем дворе.