− Если они нашли меня, значит придут за ней, − прошептала я, лихорадочно соображая.
− За кем?
− Табретт.
Лиам резко посмотрел на меня, но тут же принялся следить за дорогой. Его приятный голос стал суровым, когда он приказал:
− Ты не сделаешь этого, Аура.
− Я должна, иначе случится что-то плохое. Я должна забрать Табретт до того, как они придут за ней, а они придут, потому что знают, что я здесь.
− Тогда они доберутся до тебя.
− Главное, чтобы они не добрались до моей сестры. Раньше она помогла мне, теперь это должна сделать я.
− Ей не нужна твоя помощь.
− Они собираются отобрать ее у меня, Лиам, − отчеканила я, воображая всякие ужасы. – Они сделают это, я знаю, поэтому я должна успеть раньше. Ты сам сказал, что они не смогут причинить мне боль. Не смогут сделать со мной, но смогут с ней.
− Аура…
− На повороте притормози, и я выскочу из машины. В темноте никто не заметит. Я знаю где находится лесной домик Кристофера Грина, − как заведенная говорила я, и Лиам качал головой, не желая внимать моим словам. − Потом сделаешь круг и вернешься за мной и Табретт.
− Нет.
− Ты вернешься за мной, поэтому ничего плохого не случится.
− Рэн оторвет мне голову, – пробормотал Лиам. Поворот приближался, с обеих сторон возвышался темной стеной лес.
− Я убью тебя раньше, если не остановишься! – парировала я, отстегивая ремень безопасности. Мое тело напряглось, мышцы заныли. Я всем корпусом обернулась к Лиаму. − Я не смогу жить, если с ней что-то случится. Никогда не прощу себя! ТОРМОЗИ, ЛИАМ! – Я так протяжно заорала, что парень испуганно нажал на тормоза, но опомнившись, тут же прибавил скорости. За это время я распахнула дверцу машины и выпрыгнула в темноту.
Машина умчалась.
Я кубарем скатилась вниз, цепляясь за ветки и корни деревьев, и даже не почувствовала боли. В кровь хлынул адреналин, сердце забилось с бешеной скоростью. Я вскочила на ноги и бросилась бежать.
Подожди, Табретт, я не дам тебя обидеть!
Я не разбирала дороги и не обращала внимания на порезы на руках и ногах. Рюкзак врезался в спину и подпрыгивал на плечах, но я не чувствовала боли. Вообще ничего не чувствовала, только страстное желание добраться до Табретт раньше тех людей.
Мы с Табретт сразу же нашли общий язык. Она была моей второй лучшей подругой, девушкой, которая была очень умной и доброй, и которая изредка сдерживала мои гневные порывы расквитаться с Томми, этим болваном. Я не могу позволить, чтобы с ней что-то случилось. Да, мы не кровные сестры, но иногда этого и не нужно, чтобы быть связанным с кем-то, чтобы ощущать, что это твой человек.
Табретт лгала; она всю жизнь знала кто я, но не хотела ранить. Она сказала, что ей нужно было пристанище от своего бывшего парня, отца ее сына Аарона. И это пристанище дал ей Кристофер Грин. Как она могла считать его другом и хорошим человеком?.. Все дело в том, что Табретт слишком доверчивая и открытая.
Интересно, сколько времени прошло с тех пор, как я бегу? Когда я увижу огоньки дома? А может я не увижу их, потому что Табретт с сыном спят? Маленький Аарон еще не знает, что может произойти в скором будущем.
Я думала, что если сделаю еще шаг – умру. Упаду в кучу листьев и сделаю свой последний вдох. Да, Рэн будет в ярости, но, по крайней мере мне перестанет казаться, что кто-то заживо пытается вырвать легкие через мое горло, перестанет казаться что кто-то желает раскромсать мои икры раскаленным добела ножом. Но стоило мне задуматься о том, чтобы сдаться и будь что будет, впереди возникли огоньки.
Я возликовала и припустила быстрее, заставляя ноги передвигаться.
Табретт радовалась безопасности – написала мне здоровенное письмо с множеством восклицательных знаков.
«Аура, здесь так здорово! Тихо, ночью не слышно ни звука! Когда я просыпаюсь по утрам, могу несколько минут понежиться в постели под оглушительную тишину, потому что мимо дома никто не прогуливается и не проезжает на гудящих машинах! Аарон так рад! Да, он вдали от друзей и милой девочки, с которой он в последнее время сдружился, но ведь это совсем ненадолго! Уверена, скоро того психа поймают, и мы вновь заживем нормальной жизнью!».