− Он ушел по делам.
Я осмотрела беглым взглядом комнату. Первое, что мне бросилось в глаза – бассейн.
Честное слово, этот небольшой, но глубокий бассейн был прямо посреди комнаты. Я сглотнула, стараясь отогнать дурные воспоминания, связанные с водой. В детстве меня пытались утопить. И то озеро за охотничьим домиком, где теперь похоронена моя сестра… эти болезненные картинки разом вспыхнули в мозгу, чуть не сбив с ног. И худшее из них то, что мне придется войти туда. В эту воду. По собственной воле.
Я улыбнулась малышу, пытаясь снять напряжение.
− Скоро мы его увидим.
− А где мама? – Аарон засунул в рот леденец. Ему вообще можно кушать такое? Я совсем не разбираюсь в детях, что, если от конфет у него заболит живот? Или зубы?
− Аарон, а тебе можно кушать конфеты?
− Да, − с готовностью кивнул малыш, пытаясь раскусить маленькими зубками леденец. Сомнительно, но поверю. − А почему мы здесь?
Вопрос мальчика напомнил о том, что я пришла сюда не просто так. Я должна сделать то, что поможет мне очиститься, искупить мои грехи. На самом деле, это должно помочь почувствовать вину за то, что я убила двух людей не колеблясь, не раздумывая. И до сих пор я не жалела о том, что сделала – по крайней мере не позволила тем людям, убившим мою сестру и отобравшим мать у ребенка, уйти безнаказанными.
− Идем, малыш, – я потянула Аарона за руку к двери сбоку, про которую, должно быть, говорил Рэн, когда просил, чтобы я оставила мальчика там. Я открыла дверь. Это был пустой кабинет, но там же я обнаружила небольшую коробку с игрушками, стоящую на стуле. Я подвела Аарона к этой коробке, опустила на пол, предлагая ему поиграть. Ребенок тут же заинтересовался.
− Я должна кое-что сделать, − внятно произнесла я. Аарон потерял ко мне интерес. − Это не займет много времени, поэтому я оставлю тебя здесь ненадолго.
Я ушла, и заперла комнату снаружи.
С ним ведь ничего не случится?
Глава 51
Я вновь видела себя со стороны, как раньше, когда нашла в кабинете отца документы. Я вижу, как странная на вид девушка идет к воде. Я вижу дно бассейна, вижу бледные плиты. Сквозь призрачную гладь воды видно все. И от этого страшно. Потому что будь это болото я бы не боялась, но вода такая же, как в бассейне из детства.
Именно поэтому я знаю, что не выберусь. Я не вынырну из этой призрачной воды и не сделаю вдох. И несмотря на то что меня не станет, я хочу испытать что-то большее, чем мстительное удовлетворение от тех смертей, что я причинила.
На моих руках кровь, и я смою ее сегодня. Сейчас.
Я вижу свои белые руки, неестественно бледные, чистые. Но в них впиталась кровь моей погибшей сестры. Я не смогу смыть ее, да и не хочу, ведь это будет притворство.
Пока в голове играет ненавязчивая музыка, блокируя слезы и страх, я снимаю с себя всю одежду и надеваю просторное платье, которое одолжил мне Рэн. Я еще не забралась в воду, но уже чувствую ее на себе; представляю, как погружаюсь в нее с головой, как она проникает в мое тело и выжигает изнутри кровь.
Реальность и воображение смешались, когда я упала вниз.
Паника тут же ударила в виски, и я забила руками и ногами по воде.
Я не могу. Так я не очищусь. Я с трудом заставила себя прекратить. Сложила руки в молитвенном жесте, опускаясь на дно бассейна. Сцепила пальцы между собой, впилась ногтями в кожу.
Я продолжаю давить, не открывая глаз. И от воды, и от страха. И тону в море воды и чувства стыда и вины, потому что так и должно быть. Я должна утонуть. Внутри меня все бушует, разум вопит, но я уже не двигаюсь, потому что мозг отключил руки и ноги.
Я должна опуститься на дно и подняться – только так я стану собой, только так очищусь. Рэн сказал, вода поможет. Что, если я не смогу выбраться? Что, если грех утянет меня вниз? Меня вытащит кто-нибудь?
Нет, потому что рядом нет никого, кроме Аарона, но он заперт в комнате с игрушками.
Ноги коснулись дна бассейна. Или мне так показалось – сил не было чтобы открыть глаза и посмотреть. Наверное, я больше и руки не сжимаю, наверное, они раскинуты в разные стороны, не подчиняясь разуму. Потому что и разума больше нет. Ничего нет.