Я рассмеялась:
− А кто хороший? Ты?
− О, я уверен.
− Что? Что это значит?
− Забудь.
− Забудь? Адам, по крайней мере, не выводит меня из себя, не преследует и НЕ ВЛАМЫВАЕТСЯ В МОЮ КОМНАТУ!
− Это моя комната, − напомнил Экейн, вставая на ноги, тем самым увеличивая между нами расстояние. Я тоже поднялась, когда он продолжил: − И тебе повезло – он просто идеальный парень.
Его слова снова прозвучали двусмысленно.
− Если тебе есть что сказать, говори, – я скрестила руки на груди, надменно вскинув подбородок.
− Я уже все сказал. Я сказал, что не хочу, чтобы ты встречалась с Адамом. И не скрещивай руки на груди, у тебя она все равно маленькая.
− Даже не пытайся меня задеть, недоумок.
− Ты сказала «недоумок»?
− Впервые слышишь это слово?
− От тебя – да. И я бы предпочел больше не слышать его.
− О, неужели тебя так задевает?
− Почему ты рядом со мной хочешь казаться такой дерзкой?
Я шумно выдохнула, как спустившийся шарик, и опустилась на кровать, хмурясь.
Я снова обозвала его.
Это ужас. Я не разговариваю подобным образом с людьми… это не нормально для меня. Колени начали подергиваться, поэтому пришлось сцепить их пальцами. Я вскинула голову, наткнувшись на недоуменный взгляд Экейна – он явно не понимал, почему я сдалась, а я внезапно почувствовала… нет, увидела что-то странное в его неприступном взгляде. И это вырвалось само собой:
− Ты хочешь поцеловать меня?
− Чт-т-то? – Он снова испугался. Я ощутила удовлетворение, несмотря на то, что повела себя крайне странно сейчас. Я продолжила делать это:
− Ты за этим пришел? Хочешь вспомнить былые времена?
− Да что с тобой? – он напрягся.
− А с тобой что? – я снова встала, возвращая себе прежнюю энергию. − Да, ты позволил мне остаться у тебя на ночь, но никто тебя об этом не просил.
− Ты бы предпочла спать в одной постели с Адамом Россом? – Экейн снова стал невозмутимым и в следующую секунду моя правая ладонь заболела. Адреналин в крови зашкаливал, в ушах звенела кровь.
Экейн не шелохнулся, а на его щеке, я уверена, отпечатался след моей ладони.
Я почувствовала, как мои губы дрожат, как в горле встает комок слез.
Я ударила его.
Я становлюсь своим худшим кошмаром, каким-то чудовищем, которое только и делает, что орет, ругается и даже применяет насилие. Все еще чувствуя внутреннюю дрожь, я перебралась через кровать и направилась к двери. Экейн не растерялся, тут же схватив меня за запястье.
− Ты куда?
− Не хочу оставаться с тобой в одной комнате. Ты эгоистичный человек, и мне противно быть с тобой наедине. Омерзительна сама мысль, что я и ты дышим одним воздухом.
По моим щекам заструились горячие слезы.
Я говорю ужасные вещи. Я не должна говорить такие ужасы, что со мной?!
Экейн зажмурился, словно пытался взять свои эмоции под контроль. Я сделала попытку отцепить его пальцы от своего запястья, но он не поддался. Он что-то невнятно произнес.
− Что? – переспросила я.
Экейн открыл глаза и произнес:
− Пожалуйста, прости меня, Аура. Я не хотел ранить тебя. Никогда.
Горло стало жечь еще сильнее. Я с трудом сглотнула и спросила:
− Чего ты добиваешься, когда говоришь мне это? Все это?
− Я не хочу, чтобы ты была с Адамом, – только и сказал он. Мои плечи затряслись от беззвучного смеха.
− Какое тебе дело с кем я?
− Я хочу, чтобы ты была со мной, Аура. Я хочу этого. Я хочу, чтобы мы с тобой снова были вместе.
− Тебе не кажется, что ты эгоистичная сволочь? От тебя я слышу лишь одно: «Я хочу». Мне все равно, чего ты хочешь, хорошо? Я не знаю, что за отношения между тобой и мной были в прошлом, но все закончилось. Теперь я с Адамом.
На его скулах заиграли желваки. Он снова зажмурился, тяжело вдыхая.
Он ударит меня?