Я вздохнула:
− Нет, спасибо, – и уставилась на девушку, сверля ее взглядом. − Ава, ты что-то знаешь об Адаме? Если да, то почему не говоришь?
− Нечего говорить, − отрезала она, наклоняясь над духовкой, чтобы проверить печенье. Опять. Почему она избегает смотреть мне в глаза? − Просто это так. Конец истории. – Она видела, что не впечатлила меня, и со вздохом покачала головой: − Очевидно, Экейн не был убедительным, верно?
− Ава, ты говорила, что мне стоит держаться от него подальше.
− Да, и мое мнение неизменно. Тебе стоит держаться подальше от него и его чертовски… классного тела. – Она хихикнула. – Но у тебя была возможность заставить его рассказать о том, что он скрывает.
− Он ничего не скажет, − буркнула я, и спохватилась: − Почему ты на его стороне?
− Я ни на чьей стороне.
− А должна быть на моей!
− Я на стороне добра. Нужно знать, когда надавить на Экейна, и тем вечером у тебя был подходящий случай чтобы сделать это, но ты его упустила. Тебе придется попробовать еще, но в другой раз – не сегодня. Сегодня у нас обычный день. То есть, насколько это возможно, ведь Кэмерон пригласил девушку на свидание. Это, наверное, будет даже не свидание, а праздник под названием «Кэмерон вылез из своей скорлупы».
Ава выпрямилась, и потрогала свой лоб ладонью:
− Кажется у меня жар.
От такой болтовни не только жар будет.
Она посмотрела на меня, словно читая мысли, затем, помедлив, протянула:
− Аура, не беспокойся. Мы не смогли найти дневник, но есть другие способы. Не обязательно будет вытягивать все из Экейна…
Я предположительно знаю, у кого мой дневник, Ава. Я хотела сказать это вслух, но услышала, как хлопнула дверца машины во дворе.
− Приехали! – прошипела я, посмотрев в окно. Мы с Авой панически переглянулись и нервно усмехнулись с шокированных лиц друг друга. Я сняла передник и произнесла: − Думаешь, нужно их встретить?
− Да, я думаю, что на этой «вечеринке», − Ава сделала пальцами кавычки, − мы должны быть кем-то вроде официантов – так мы сможем хоть на немного оставить их наедине. Как Кэмерон может бояться Ясмин, если он пригласил ее? – Ава сняла фартук и положила его на табурет. Мы направились в коридор.
− Я не знаю, чего боится он, − торопливо заговорила я, − но знаю, чего боюсь я. Я боюсь своего старшего брата, если он узнает, что мы собираемся свести его с Ясмин.
Эти двое уже были у двери, поэтому ответ Ава мне зло прошипела:
− Что значит «пытаемся свести»? Он же сам ее пригласил. Все! Не желаю ничего слышать!
Дверь открылась, и мы с Авой расплылись в улыбках, и уставились на Кэмерона и Ясмин. Они вошли, не говоря ни слова, кроме скромного «спасибо», которое произнесла девушка, когда Кэмерон отпер дверь и пригласил ее внутрь.
Я вздохнула, продолжая улыбаться, потом бросилась к ней:
− Ясмин!
Если Кэмерон собирается вести себя как ледышка, я должна быть добрее в два раза, чтобы Ясмин не почувствовала себя брошенной.
− Привет, – Ясмин помахала рукой в розовой перчатке. Девушка была милой на вид, − всего на пару лет старше нас с Авой. – Извините, девочки, что я не помогла вам с ужином. Теперь мне так неловко…
− Все нормально, − легкомысленно отмахнулась я, и наткнулась на хмурый взгляд брата. Похоже он не очень доволен происходящим. Если это происходит сейчас, что, интересно, будет потом?
***
Обед с треском провалился. Не потому, что я испортила какое-нибудь блюдо, не потому, что Ава не смогла контролировать свою болтовню, и даже не из-за Кэмерона, который весь вечер хмурился и даже не удосужился улыбнуться. Хотя, конечно, мы все в некоторой степени виноваты в том, что все пошло не так, как надо, однако, все же, последней каплей стала Ясмин. Она делала то, чего мой брат не может терпеть – старалась угодить и это было очень заметно. Ясмин слишком нервничала, слишком широко улыбалась, слишком эмоционально реагировала на то, что Кэмерон не разговаривал, а отмалчивался, и слишком очевидно пыталась привлечь его внимание.