Глеб, не сбавляя оборотов, устремился на противника. Выстрел, и чудище забило крыльями по земле. Ещё бы — человек причинил ему нестерпимую боль, а её продолжал творить захребетник, пытаясь подчинить собственной воле. Горько поплатился.
Ослепший на одно око звероящер вывернул свою длиннющую змеевидную шею, обрушивая мощные челюсти с клыками-бивнями на незадачливого демона. В то время как Глеб прошмыгнул у него под брюхом с лапами. Да замешкался подле хвоста. Ткнул в него бивнем-мечом, привлекая чудовище.
Оно отвлеклось от демона на него, ударив им, и зацепило загон, организуя проломом. В образовавшуюся брешь устремились люди, толкаясь, и топча друг друга, бросились далее, куда глаза глядят.
Не на это рассчитывал Глеб, но всё же итог был очевиден. И не сказать: он победил, но то, что демоны на пепелище оправятся ещё скоро — вне всякого сомнения. А соответственно есть шанс побороться с ними за данный оазис. Ощущал себя если не партизаном, то уж наверняка диверсантом со своим отрядом.
Дело было сделано, а раз так, не стоит глупо подставляться дальше под удары судьбы и бесовского отродья, к тому же крылатое чудовище ещё дееспособно и боеспособнее любого из противников.
— Уходим! Отходим! — бросился Глеб за ограду пепелища, швырнув обойму с патронами от "Бердыша" в пожарище.
Прогремевшими выстрелами ему удалось отвлечь внимание бесов от себя и соратников по оружию. Последовали удары со спины бесовского отродья. Возникшей сумятицей и воспользовались они.
Расчёт спецназовца оправдался: за пределы пепелища во мглу заклятый враг не помышлял уходить. Демоны притаились в ожидании новых нападок со стороны людей. А тем самим было не до того — продержаться бы до зноя в пекле.
Мгла в данном оазисе напоминала скорее сумерки, и недолго продлились, а когда закончились, воины Глеба смогли узреть то, что сотворили с исчадиями.
Зрелище впечатляло — ландшафт меж завесой пелены тумана и пепелищем был усеян телами адских порождений неведомого мира. И те, кто уцелел в схватке с ними, прятались за костяной изгородью, не помышляя покидать и в светлое время. Впрочем, им хватало проблем и там — крылатое чудовище не удалось унять, и оно до сих пор продолжало срывать злость на тех, кто приручил его, а как выяснилось — не до конца.
На этом Глеб не стал долго заморачиваться, предстояло поднять отряд, а для начала собрать, и тех в последствии, кого освободили.
Не все люди сбежали, разбегаясь в сумерках по оазису, был один тип, который сразу уяснил, к кому стоит податься — примкнул к воинам отряда Глеба. Это был седовласый старик.
— Что за хрыч… — удивился его странному виду спецназовец.
— Я и есть он, — то ли пожурил старик, то ли сказал правду.
— А что ещё и интересного расскажешь?
— Те крупно повезло со мной, паря! Я вижу: ты не промах! У тебя народу всего ничего, а отважился напасть с бабами и дикарями на лагерь демонов!
— Ты из моего времени? Какого столетия, а тысячелетия?
— Того самого, и какого надобно, — дал достойный ответ старик. — Демонов след добить — всех перебить!
— И что ты говоришь?
— То, что думаю, а сам так решишь, когда узнаешь…
— Короче, Хрыч!
— Оружие! И огнестрельное! У них здесь своего рода перевалочная база — базар! Эти исчадия торгуют тут рабами и тем, чем разжились в людских поселениях!
— Вона как! И лиха беда начала! Продолжай — не останавливайся…
— Я соберу своих людишек, — уверил старик. — И не думаю: далеко ушли. Где-то здесь хоронятся.
Свистнул. Глеб ещё усомнился. Не тут-то было. На призыв откликнулись. Последовали ответные сигналы аналогичным образом. И… показались люди.
— Негусто, — насчитал пяток оборванцев Глеб.
— Но зато с оружием в руках, — ухмыльнулся Хрыч, намекая: власть в диверсионном отряде спецназовца резко поменялась.
Варвары воспротивились, а женщины поддержали их.
— Ну-ну, будя… — пожурил Хрыч. — Неча нам меж собой ещё воевать!
— Кулацкая рожа, — ответила любезностью Глеб.
— Не без греха! Не выношу комуняк!
— Я из иного времени! И у нас больше нет Союза, а скорее Содружество независимых государств!
— Вона как, а чё случилось-то?
— Длинная история! Но Россия была, есть и будет!
Люба дрогнула.
— Стало быть, эта дурёха из времени меж нашими эпохами? — уловил Хрыч.
— Отечественной войны…
— Гражданской?
— Нет, Второй Мировой, а не Первой!
— Да и хрен с ними! Мы в другом мире — гадском! И тут иные враги — аспиды с кровососами! — указал Хрыч в сторону пепелища.