От перепалки на словах отвлекли воины Глеба. Гай пустил конницу. Всадники по обыкновению двинули клином, следуя к частоколу стойбища демонов, а затем распались и закружили, стремясь навстречу друг другу, устроили настоящую круговерть — сходились и расходились, каждая группа всадников в разных направлениях, осыпая стрелами адских уродцев.
— Шо творят… шо творят… — твердил Хрыч. — Аки сами твари…
— На позиции… — призвал Глеб наёмников следовать его советам, как военного человека.
Убедил, но не всех, сам подался к костяной ограде. Недолго она оставалась целостной — возникли бреши и в них устремились…
— Демоны-ы-ы… — поднялся переполох подобный на галдёж, устроенный женщинами.
Они кинулись назад в туманность, уходя от столкновения с адскими наездниками. Тех не так чтобы и много, но пешему против них ничего не светит кроме жуткой смерти — быть затоптанным и изрубленным до неузнаваемости. То ли дело всадники. Гай в мгновение ока перестроил их очередной командой, и они ринулись на демонов, что были ближе к ним. Остальные из них — те, что погнались за женщинами — были на совести наёмников.
— Не подведите, мужики, — напомнил Глеб: женщин следует сберечь любой ценой.
Хрыч снова хитровато ухмыльнулся, скрывая некую информацию относительно противоположного пола. Даже не удосужился выстрелить, когда мимо него в непосредственной близости и его наёмников пронёсся на монстре демон-наездник. И тут же объявился иной из числа погонщиков.
— Твари… — обрушил Глеб "Бердыш" на одну из парочки зверюг подле того, отсекая от отряда. Чем и привлёк внимание погонщика на себя. — Засада!..
Её ему и устроили наёмники, платя той звонкой монетой, какой не удалось прежде, когда стремились устроить переворот.
— А чтоб вас… — пришлось ему вскочить и отскочить в сторону от несущегося навстречу чудовища с демоном.
Тварь всё-таки подстрелили. Наёмники избавились от неё, опасаясь: ещё не дай Бог зайдёт к ним с тыла, когда они двинут на пепелище — устремились тотчас туда, как миновала опасность встречи на открытой местности с адскими всадниками исчадий. Отродья ни в счёт — они перебьют пехоту на раз.
Загремели одиночные выстрелы, а затем и автоматная дробь. Даже грянул взрыв. Работал афганец.
— Чёртов интернационалист… — клял Глеб не столько того, сколько Хрыча.
Это была подстава. Он явно мешал им — их планам. Дикари — ни в счёт, у наёмников на них был свой расчёт.
Над Глебом нависла тень туши чудища, уклоняться от неё больше не стал, напротив сделал ответный выпад — выстрелил, стремясь проскользнуть под брюхом. Угодил кое-куда, зацепив чудище. Оно зарычало так, как никогда до этого, сбросило погонщика.
Человек превзошёл ожидания демона, найдя то единственно уязвимое место, от коего следовало бы ему изначально избавить адского питомца — гениталий. Да человек опередил. И снова выстрелил — на этот раз в него и с близкого расстояния.
— Чёрт…
Перед Глебом располагался демон. И ему хоть бы хны. "Бердыш" не выручил. Оставалось положиться на пробивную способность "Гюрзы". Патроны заканчивались. Не остановит исчадие, оно разорвёт его на куски.
Очередная пуля ударила в грудной панцирь демона и также рикошетила, высекая редкие искры, оставляя незначительную царапину. Исчадие ликовало, сорвавшись на рык. Его броня выдержала удар огнестрельного оружия.
— Лады… — не стал паниковать раньше времени стрелок.
Точка прицела инфракрасного излучения легла меж двух иных, являющихся очами исчадия, и тут же потухла. Её перебила пуля, но не переносицу. Череп оказался инородного происхождения и также представлял собой элемент защитной брони у демона.
Глеб уяснил: без рукопашной схватки с ним не обойдись, а соответственно не разойтись — разошёлся сам. Убрав оба пистолета, он выхватил бивень. Аналогичным мечом обладало и исчадие. Оно также бросилось на человека, и они сшиблись. Началась самая настоящая рубка. Следовал один удар за другим. Сила изначально была на стороне исчадия, и человеку приходилось изворачиваться, частенько уворачиваясь от чудовищных ударов. Что стало очевидно с первого же навала.
Отбивая разящий удар, Глеб не устоял на ногах, покатился, демон прыгнул за ним, и взрыл землю в том месте, где мгновение назад находился примат-соперник. Затем ещё раз и далее ни раз — продолжал наступать, усиливая навал.
Глеб пятился и отступал, едва успевая уворачиваться. Помышлять о контратаке или выпаде не приходилось — не оставалось времени. Демон превосходил его в стремительности, увеличивая скорость — разок зацепил вскользь.