— Клоп! Клопидзе… — зашёлся лейтенант.
Водитель БМД по-прежнему не реагировал на шумы извне, долетевшие до него в виде того, что вновь промелькнуло расплывчатым пятном на мониторе тепловизора и исчезло, а он разом с ним.
— Валите это… — не знал Глеб, как обозвать нечто, что атаковало их.
Слон растерялся. Без ПКТ он был как без рук. Кинулся наружу.
— Стоять! — помешал Глеб, схватив его ноги, и рванул на себя, усаживая на место стрелка.
Лейтенант дал задний ход. БМД нехотя и натужно зарычал. Выбраться помешала неподъёмная туша монстра. Как вдруг взмыла, выскочив из ямы, и понеслась над землёй к туманности, являющейся в оазисе пекла аналогом земным облакам.
БМД подпрыгивал, и снова с грохотом опускался на твёрдую поверхность. Их тянуло на тросе то крылатое чудовище, которое пыталось утащить у них их законную добычу.
— Сделайте же что-нибудь! — кричал лейтенант. — Отцепите нас!
— К орудию, — скомандовал Глеб.
— Прочь, — отогнал стрелок Слона со своего законного места, толкая вместо снаряда шест с пыжом-ежом — прочистил, пробивая загрязнённый землёй ствол.
— Быстрее… — требовал лейтенант.
БМД подкинуло в очередной раз. Экипаж внутри трясло как бутылки в ящике при транспортировке по ухабам пьяным водителем.
— К стрельбе готов, — рапортовал стрелок, загнав поспешно снаряд.
— Пли… — выдал Глеб. — Огонь…
Прогремел выстрел. Внутри БМД грохнуло.
— Ё-оп… — заложил руками уши Слон.
Глебу хоть бы хны, он, как и экипаж десанта оказались привычными людьми к данным шумам.
— Держитесь… — прорезался голос лейтенанта.
БМД снова ударился о твёрдую поверхность. Экипаж тряхнуло.
— Ну что?! — уставился пытливо Слон на Глеба.
— Ничего… не вижу…
Расплывчатое пятно исчезло с монитора тепловизора. Нечто подобное подтвердил и лейтенант.
— Кажется, получилось…
Трос исчез вслед за тушей монстра.
— Стоп машина! — настоял Глеб. — Тишина!
Люди прислушались: не рухнула ли какая тяжёлая масса наземь с воздуха поодаль от них.
— Кажется… — уловил нечто подобное на слух Слон.
Монитор не показывал наличия живой плоти.
— Так сдохла! Калибр 73-мм, — готов был проводник расцеловать стрелка — поначалу, а когда выяснилось во что вляпались — убить собственноручно.
— Дерьмо… — разошёлся лейтенант.
В гору испражнений летающего монстра и влетели десантники с проводниками на БМД.
Когда нервозность улетучилась разом со зловониями, проступила иная реакция — люди нервно засмеялись.
— Вот так покатались!
Но быстро опомнились.
— Клоп…идзе… — процедил сквозь сжатые зубы лейтенант.
— Не думай о нём, — заявил Глеб. — Здесь у каждого свой срок! А изначально уготована незавидная участь! Тем более что никому не привыкать подыхать!
* * *Люба с Варей караулили возвращения бродяг у того самого лаза, откуда к ним в подземелье явилась тварь, а они отбились. И при этом не сдерживались в эмоциях.
— И где они? Почему так долго не возвращаются? — порывалась не раз Люба оседлать коня и отправиться на поиски любимого.
Варя же наоборот постоянно стремилась её успокоить, объясняя популярно:
— Такова наша женская доля!
— Тогда не для меня! Я не такая!
— А я, по-твоему, что ли!? — возмутилась подруга. — Умей ждать! Привыкай!
Когда сама не могла к такому не то что привыкнуть, а успокоиться.
— Представь, что мы умчимся, а они вернуться, Люба…
— Точно, Варька? Уверена?
— А что тебе подсказывает сердце?
— Что я люблю его, дурака!
— А он — тебя?
— Узнаем не раньше, чем…
Где-то вдали раздался скрежет.
— Это они! И возвращаются! — не усидела на месте Люба.
— Стой, дурёха! Куда? Без прикрытия нельзя! — бросилась она следом, покинув вход в логово блокпоста, что был чревато.
За это их и отчитал Слон.
— Андрейка… — кинулась к нему на шею Варя.
— Ты чего… как варвар! Не начинай! — пытался отстраниться он на словах, а деле готов был повалить наземь прямо здесь же и…
— Ой, у тебя кровь! Ты весь в ней!
— Ерунда и не моя, а Глыбы…
— Глеб… — перепугалась Люба, обнаружив: у того идёт кровь ухом.
Он не сразу отреагировала на неё, оглохнув на него.
— Я здесь! Аптечку, Варька!
— Ага, — отпрянула она от Слона.
Женщины занялись осмотром Глеба.
— Завидую я те, командир, столько внимания, — заметил Слон к слову.
— Вы где были, а что натворили? — злилась Люба. — Чуть шею себе не свернул, безголовый!
— Хм… — ухмыльнулся Глеб.