— А они-то у вас тут откуда взялись?! — изумился лейтенант с десантниками.
— Оттуда же откуда и сами, как и всё остальное оружие, — коротко пояснил Глеб. — Вопрос в другом: как вернуться туда — в свой собственный мир? Хотя вряд ли теперь стоит после того, что здесь пережили! И дальше справиться при желании! А лично у меня есть таковое…
Он покосился на Любу. Объяснять ничего никому не пришлось. Даже здесь можно обрести счастье, пусть и на короткий промежуток времени, но факт остаётся фактом — реально. Всё остальное ни в счёт — никто ничего не брал в расчёт. Жили, как получалось, а не то что бы, но никуда не денешься и хрен соскочишь. Свыкались…
Светало. Туманность просветлела. Видимость увеличилась в разы. И вскоре вновь на холмистой местности оазиса загрохотал БМД.
Глеб больше не обращал внимания на то, что творилось в небе, монитор тепловизора привлекал его в большей степени для обнаружения большого скопления теплокровных существ. Им здесь могли выступить разве что люди поселения.
— Есть… — засёк он их — и не совсем.
— Стоп, машина! — загремел сверху десантник, распологаясь наверху башни в открытом люке.
Глеб сменил его там и…
— Ох ты…
— Что там? А увидел? Расскажи… — засуетилась по обыкновению Люба.
— Бры-ыр-ры-ред… — мотнул отрицательно головой Глеб. Он не верил своим глазам. — Задний ход!
Лейтенант уступил, откатив немного назад с вершины холма.
— Да что происходит? Кто там? И где мы? — всё ещё тарахтела Люба, не в силах справиться с эмоциями.
— Т-с-с… — отреагировал Глеб на неё.
Его вид лица шокировал её. Люба повелась на раз.
— Чёрт… — всё-таки не удержалась. — Это они?
— Кто? — откликнулся лейтенант.
— Самые и есть! И если бы только они… — ответил витиевато спецназовец. — А то… Приехали!
Десантники с замиранием сердец ждали дальнейших распоряжений от проводника.
— Ни звука! Сидеть всем тихо! Дышать и то через раз, а лучше не стоит! Замрите!
— А может, всё-таки ввяжемся в бой на дальней дистанции? — заявил стрелок.
— Не стоит! Их слишком много! А поселение рядом! Если устроим бой, не минут нас, а соответственно их! Семён пожелает разобраться в ситуации — отправит в разведку людей, по их следам исчадия и отыщут иных там, откуда пришли!
— Так давайте просто покатаемся и пошумим? — предложил лейтенант.
— Если бы всё было так просто, как говорите, выдавая желаемое за действительное… — не согласился Глеб, оставаясь при сугубо своём личном мнении. Добавил. — Ты когда-нибудь видел, летёха, а кто-нибудь из вас, как носятся страусы? Так вот черти — они же метатели дротиков — значительно превосходят их в скорости! Не удивлюсь, если способны тягаться в скорости на стометровке с гепардами или леопардами!
Глеб точно не помнил у кого выше скорость в саване при охоте на антилоп.
— А уж демоны из числа погонщиков-наездников — та же тяжёлая кавалерия! И не один не откажется протаранить нас!
Десантники всё вышесказанное желали увидеть воочию — своими глазами каждое отродье исчадий.
— Ещё успеете, и даже раньше, чем можете себе это представить, а ожидать — и нечего! Нам ничего не светит!
Оставалось уповать: многочисленный отряд и впрямь минёт их — твари свор погонщиков не заинтересуются ими. Их и приметил экипаж, полагаясь на оптические приборы перископов.
Глеб подтвердил: они и есть — твари. А на монстрах — погонщики-наездники. Помимо них ещё кружили в небе, укрываясь за туманностью, асы на крылатых аспидах. Вот кто действительно представлял собой большую угрозу людям.
Один из них совершил круг над БМД, заинтересовавшись странным явлением, выбивающимся из привычного ландшафта холмистой местности. И в последующее мгновение туда же направилась свора тварей с погонщиком.
Сначала порождения облазили сверху и донизу БМД, исследуя всевозможные щели, а затем к ним с тем же успехом присоединился демон, заглядывая во всё, что только можно и совал свои когтистые конечности. Казалось, не только прислушивается, но и принюхивается.
Десантники не шевелились, замерев каждый на своём месте. Люба и вовсе держала рот закрытыми руками, не забыла зажмуриться. Недолго она так просидела, приоткрыв один глаз, уставившись им вопросительно на Глеба.
Тот едва различимо качнул отрицательно головой из стороны в сторону, стараясь сам при этом не издавать никаких шумов. Их хватало извне. По броне БМД продолжали сновать когтистыми конечностями порождения с отродьями, доводя людей внутри замкнутого и тесного пространства до исступления. Вынести подобное испытание было сложно, если вообще возможно. И если пассажирам десантников было уже не привыкать к подобному соседству, то десантникам и дальше всё в диковинку.