— Ага, я уже заметил — ад! Пекло…
Глеба допекли. Ему хотелось остановиться и, наконец, обосноваться в этом мире, а дальше будь, что будет.
— И почему я не остался в лагере при Виле?
Ответ пришёл сам собой: он свободный человек. А там из него пытались сделать прислугу, если не раба. По данной причине с ним подались все, кто являлся воином в его конном отряде, и искал лучшую долю, а везде одно и то же — пекло. Оазисы заняты иными исчадиями с порождениями.
— Привал… — свалился Глеб с коня, пока тот сам не рухнул под ним с тем же успехом. — Осмотреться…
У него не было сил осуществить разведку, и он возложил сию ответственность на принципа. Для того это было непринципиально.
С Гаем двинули три самых стойких гладиатора. И Варвара увязалась за ними. Варвары были близки ей по духу. Что и отметила к слову Люба, не покидая Глеба одного, не позволяя ему поникнуть и раскиснуть — напоминала: он мужик и командир их отряда.
Минутная слабость прошла вместе с усталостью. Даже удалось перехватить немного еды. Провизии оставалось ещё на раз, и не обязательно на завтрак. Кто знает, что ожидает их завтра очередным зноем пекла последующим за мглой. Её также ещё предстоит пережить, и не факт: всем удастся. И потери, случающиеся с завидным постоянством, не придавали уверенности. Но торопиться и спешить, Глеб также не собирался. Он лишний раз обдумал всё, придя к аналогичному выводу, как тогда при виде впервые тёмного столба пепелища в "Земле Обетованной": без борьбы за жизнь никуда — и не денешься. Исчадия повсюду, впрочем, и прочие порождения пекла.
Гай задерживался. Это настораживало. Он подался за ним. Следы вывели его на них. Его люди лежали вместе с конями, придерживая им руками морды, не позволяя храпеть или ржать.
Пепелище оказалось очень близко, даже ближе, чем они рассчитывали на это и то, чего увидели там, а продолжали зреть воочию до сих пор. И то, что ускользало от них, от Глеба с лазерным дальномером не могло.
Он прильнул к нему и… на мгновение зажмурился. Нет, не яркие языки пламени пожарища заставили его сделать это от рези в глазах, а то, что шокировало его. В огонь вместо дров летели человеческие тела, и не все были умерщвлены, некоторые орали и извивались, корчась от невыносимой боли, причиняемой им исчадиями. А те рубили их, отсекая конечности.
— Твари…
— Демоны… — подтвердил Гай, перешёптываясь с Глебом.
До исчадий не более лиги, но их слишком много даже для вылазки во время мглы, хотя опять же пожар пепелища им на руку — демоны как на ладони, самих же будет скрывать мгла, а в случае отступления на прежний рубеж к пеклу — туман. Но опять же твари из гончих свор погонщиков-наездников и монстры с чудовищами — не устоять.
Однако лиха беда начала. Расчёт был на то, что пленников у демонов окажется немало, и они доберутся до них, а соответственно за счёт них пополнят свои поредевшие ряды новыми воинами. Главное вооружить, а терять нечего и некому. Всё и без того очевидно, какая кончина ждёт всех. И участь в любом случае незавидна. Так чего лишний раз продлять свои и чужие муки.
Пожарище на пепелище занялось с новой силой. Запахи палёной плоти достигли разведчиков. Вонь была нестерпимой и невыносимой. Но деваться некуда, пришлось перебороть каждому себя в отдельности.
Да, людей в отряде раз от раза — от стычки к стычке с исчадиями — становилось меньше, зато оружия больше и в основном дротиков, кои они использовали в качестве стрел для луков. Их и мастерили постоянно они. Бой на дальней дистанции являлся их неоспоримым преимуществом, к тому же верхом — в случае чего можно сбежать, как бы это кому не нравилось.
Тактика менялась, приходилось подстраиваться под местные условия адской жизни пекла.
— Ну что, истребители исчадий, — обратился Глеб к людям в отряде по возвращении. — Готовы к смерти?
Он особо не стал распространяться о том, чему стал с Гаем и его разведчиками невольными свидетелями, но раз решили дать здесь последний бой, знать ситуация стоит того, дабы не оспаривать её.
Глеб ожидал: последуют возгласы возмущения, если не вовсе неодобрения. Ничего подобного и не произошло. Даже хмурые лица женщин просветлели, подёрнувшись в уголках и поползли вверх, напоминая отдалённо улыбки ехидства на грани злорадства.
Оставалось разместить людей на местности в оазисе на границе пелены тумана. Ждать наступления мглы оставалось недолго. Демоны засуетились — люди-рабы служили им топливом для пожарища, а за счёт огня они отпугивали тех чудищ, кои были неподвластны и недоступны им и принадлежали этому миру пекла.
— Проклятье… — отметил Глеб: промедление смерти подобно для тех, кого демоны приготовили в жертву на заклание своим адским богам. — Начинаем!